Книга Запретная ведьма предводителя драконов, страница 41 – Анна Сил

За дверью мелькнули новые шаги — быстрые. Но не панические. Еще нет.

Я поднял голову.

Дэрис не вернулся.

Это было плохим знаком.

Еще через несколько минут послышались голоса — ближе. Короткие команды. Металл. Стража. Не та, что стоит на посту. Та, что идет исполнять.

Селин вздрогнула, и я понял: её тело услышало угрозу раньше уха.

Я встал — всего на два шага. Этого оказалось достаточно. Селин застонала, и я замер, понимая: дальше нельзя. Ещё шаг, и я сам оторву ее от жизни.

Стук в дверь прозвучал резко, без церемоний.

— Милорд! — голос был чужой, молодой, сбитый. — Милорд, срочно!

Я открыл. На пороге стоял стражник — лицо белое, как мел, глаза расширены так, будто он увидел смерть в коридоре, и та пошла за ним.

— Где Дэрис? — спросил я.

Стражник сглотнул.

— Он… он пытался остановить, милорд. Но… печати… Морвенн… Совет…

Он захлебнулся словами, словно язык не успевал за тем, что видел.

— Говори, — приказал я тихо. Так тихо, что даже он понял: это хуже крика.

— Они повели ведьм, милорд.

У меня внутри что-то оборвалось, и связь на секунду повторила это — тонким, пустым провалом.

— Куда? — спросил я.

Стражник выдохнул, будто слова жгли ему горло.

— На внутренний двор… к кострам. Они сказали: очищение. Для порядка. Совет объявил, что вы временно отстранены. Что вы… — он замялся, — что вы больше не можете принимать решения.

Я медленно выдохнул.

Связь дёрнулась. Селин тихо застонала за моей спиной, будто услышала это раньше меня.

— Они действуют без вас, — закончил он. — И очень спешат.

Слова повисли в воздухе, как приговор, который еще не произнесен до конца.

Я обернулся к постели.

Селин лежала, не зная, что её сделали ставкой.

А меня уже решили заменить.

Стражник всё ещё стоял у двери, будто не решался уйти без приказа. В его глазах было то самое: желание выжить и понимание, что выживание сейчас зависит не от меча, а от того, чью сторону выберет камень под ногами.

— Сколько? — спросил я.

Он моргнул.

— Что?

— Сколько ведьм уже вывели.

— Почти всех, милорд. Остальных тащат. Они… сопротивляются.

Слово «сопротивляются» было слишком слабым. Я понял это даже не по голосу, по тому, как у него дрогнула челюсть, как он сжал пальцы у пояса, будто хотел удержать ими разваливающийся мир.

Я шагнул к окну — не ради вида, ради воздуха. Но и воздух в этом замке больше не был моим.

Под подошвой едва заметно дрогнула каменная плита. Как будто где-то внизу кто-то ударил по основанию замка ладонью.

Я замер.

Следующий толчок был чуть сильнее — легкий, но отчетливый. Вибрация прошла по стене и ушла в кровать. Туда, где лежала Селин.

Связь дёрнулась не болью, а предупреждением. Как натянутая струна.

Стражник тоже почувствовал. Его взгляд метнулся к полу, потом ко мне.

— Милорд…

— Тише, — сказал я.

Камень отозвался еще раз увереннее. С потолка посыпалась пыль. Где-то в глубине замка звякнуло стекло — тонко, нервно.

Я не видел внутренний двор. Не видел костры. Но замок говорил со мной на языке, который я знал с детства: если камень дрожит, значит, кто-то поднимает силу, которую нельзя оставлять без ответа.

Я подошёл к постели и положил ладонь Селин на лоб. Холодная. Слишком холодная для живой. Её дыхание было неглубоким, рваным. Будто она держалась не за тело, а за нить между нами.