Книга Очень приятно, бездомный тэнгу, страница 57 – Чайный Лис

Хару хотел приблизиться к ним и всё-таки узнать, в чём дело, но Хибики поймал его за рукав, поднялся на носочки и шепнул:

— Молодой господин, не подходи к ним близко, а то заметят цвет глаз и испугаются.

Белый тэнгу сглотнул и тоже шёпотом ответил:

— Но тут всё светится фиолетовым, разве они поймут, что у меня красные глаза?

Сота уже устал стоять на месте, сил не оставалось, в животе урчало, одной жалкой паровой булки за весь вчерашний день оказалось катастрофически мало, а теперь они и запасов еды лишились. Тёмный тэнгу не выдержал, нахмурился и поравнялся с Хару:

— Где. Тут. Можно. Поесть?!

Он отчётливо проговорил каждое слово, чем привёл людей в ужас — те закричали и разбежались в разные стороны.

Своими длинными тонкими пальцами Хибики схватил Соту за густые тёмные волосы и оттащил обратно Акико.

— Сота! Дурак, ты что творишь?!

Зато люди наконец-то подали голос. Пока они носились туда-сюда, словно полчище муравьёв после того, как случайный прохожий наступил в их муравейник, с их уст слетало непрерывное:

— Госпожа Фуку! Госпожа Фуку! Спасите! Фуку-сама!

Поднялся ветер, который всё усиливался. Хару и остальным пришлось зажмуриться и закрыть лицо руками, пыль с земли летела в глаза, ветер пытался сдуть их с ног. Ярко-фиолетовые глаза статуэток в руках Акико засветились так сильно, что она уже не могла смотреть в их сторону, вдобавок, деревянные совы задрожали в руках. То ли ветер их сдуть пытался, то ли они сами старались вырваться.

Он стих так же внезапно, как и поднялся, а перед путниками предстала прекрасная женщина в многослойном фиолетовом кимоно. Каждый слой имел разный оттенок и свой узор, внешний, серебряный с золотым, изображал точно такие же цветы, через заросли которых тэнгу и Акико добирались сюда. В руках женщина держала несколько стеблей с такими же мелкими пурпурными цветами.

Мелодичный голос строго произнёс:

— Кто вы и что забыли в деревне Неспящих Сов?

Большая часть угольно-чёрных волос незнакомки была убрана в огромную пышную и невероятно красивую причёску на голове, отдельные пряди ровными локонами спадали на плечи. Огромное количество всевозможных заколок и украшений, в основном в форме цветов и бабочек, сверкали в её волосах в слабом фиолетовом свечении.

Хару первым уверенно выступил вперёд и вежливо поклонился:

— Я бездомный тэнгу, очень приятно, а это мои друзья.

Женщина в фиолетовом изогнула свои брови от изумления и поднесла правую руку к лицу, слегка коснулась указательным пальцем нижней пухлой губы, выкрашенной в какой-то тёмный цвет — в фиолетовом свечении сложно разобрать, был тот таким же фиолетовым или всё-таки красным. Она задумчиво произнесла:

— Тэнгу? Что же тэнгу забыли в этих краях?

Она махнула второй рукой, люди почтительно несколько раз поклонились, чуть носами не достав до земли, и разошлись по своим делам, оставив госпожу Фуку и путников наедине.

Сота и Хибики настороженно следили за действиями и словами молодого господина, второй и вовсе подумывал вмешаться и ответить вместо него, однако белый тэнгу сам обо всём рассказал, даже не думая что-то утаивать:

— Мы направляемся в княжество Отаки, в резиденцию семьи Хонда. Жители одной из деревень сказали, что где-то в этой стороне находится пограничная деревня, через которую мы можем попасть в провинцию Кадзуса, но в лесу на нас напали охотники на ёкаев, а мы, кажется, немного заблудились в фиолетовом дыме.