Книга Между мирами и нами, страница 25 – Юлия Александровна Васильева

Она резко остановилась. Повернулась.

— Я не хвалюсь. Я просто делюсь с тобой размышлениями.

— Делишься чем? Тем, что у тебя всё хорошо, а у меня — нет?

— Алессар…

— Ладно, — он махнул рукой. — Забей, рассказывай, что там дальше?

Она хотела что-то сказать, но передумала. Дальше пошли молча. Тополиный пух летел в лицо, неприятно прилипал к губам.

— Я была на концерте, — сказала Юнда через минуту, стараясь говорить нейтрально. — В пятницу.

— На каком?

— «Лающий Йетти». Группа такая есть, пост-хардкор.

Алессар присвистнул, чуть не подавившись крошками.

— О, круто. Я их слушаю, жёсткие ребята. Билеты на их концерты, говорят, как крыло от самолёта стоят.

— Дорогие, но я сходила.

— С кем?

— С бывшим.

Он кивнул, не спрашивая подробностей. Но внутри кольнуло чувство, что его жизнь — это дешёвый сериал, который показывают в три часа ночи, а её — блокбастер в IMAX.

— Он был нормальным парнем, кстати, — добавила Юнда. — Но мы расстались: сказал, что я слишком много учусь.

— Ну и дурак, — сказал Алессар.

— Да ладно, он был прав. Я действительно много учусь.

— Но у тебя будет красный диплом и карьера. И всё-всё.

— Не всё, — она посмотрела на него. — Например, я ни разу не была на крыше.

— Чего?

— На крыше, Алессар. Ты рассказывал, что оттуда звёзды совсем другие. Бывший не хотел, говорил, это опасно.

— Это действительно опасно, — заметил Алессар. — Можно сорваться вниз.

— Ой, даже ты не сорвался.

— Спасибо за веру в меня.

Они улыбнулись друг другу. Но улыбка быстро сошла с его лица. Потому что он вдруг понял: у неё был парень, она ходила на концерты и у неё будет крутая работа. А у него — ничего.

— Алессар, — сказала Юнда, заметив его потухший взгляд.

— Что это с тобой?

— Всё нормально.

— Ты грустишь.

— Я не грущу. Я просто думаю.

— О чём?

Он не ответил. Ребята дошли до скамейки с облупившейся краской и видом на мутную воду реки. Алессар сел, молча уставился на реку. Юнда села рядом, сложив руки на коленях.

— Слушай, — сказала она мягко. — Ты можешь поступить куда-то ещё, я помогу. Мы подготовимся, я объясню химию…

— Юнда, — перебил он. — Ты правда думаешь, что я сдам?

— Попробовать стоит.

— А смысл? У меня нет денег на репетиторов. Мать работает на охране, зарплата — смех. Я пойду по её стопам, потому что других вариантов нет. Буду сидеть на проходной, проверять пропуска, получать копейки, вот и вся моя жизнь.

— Алессар…

— Ты не представляешь, что это — знать, что твой лучший друг станет успешным, а ты так и останешься никем.

Он сказал это почти шёпотом, глядя на воду. Река текла медленно, как время, которое он тратил на пустые мечты.

— Я никогда не был на концерте, — сказал он. — Ни разу, даже на районном. У меня не было денег на билеты и друзей, с которыми можно было пойти.

— Алессар…

— И я никогда не целовался, — он усмехнулся, но без веселья. — Ни с одной девушкой. Представляешь? Мне девятнадцать, а я даже не знаю, каково это.

Юнда молчала. Она не знала, что сказать. Потому что она целовалась и не раз, ходила на концерты. И у неё точно было будущее.

— Ты бросишь меня, — сказал Алессар, наконец поворачиваясь к ней. — Когда поймёшь, что можешь выбрать кого-то получше. Кого-то успешного, с деньгами, кого-то, кто не носит футболки до дыр только потому, что это оригинал.