Книга Между мирами и нами, страница 2 – Юлия Александровна Васильева

Юнда замерла. Таких камней не бывает, камни… ну, просто не бывают такими.

— Мама! Ба! Смотрите! — она рванула обратно, размахивая находкой.

Бабушка уже стояла рядом с мамой. Та только что сошла с парома — запыхавшаяся, с красными глазами.

— Ага, молодец, Юнда, — мама даже не взглянула на камень. — Идёмте.

— Но мы же только приехали…

— Всё, уже уезжаем.

— А давайте уедем следующим паромом! — Юнда спрятала камень в кулак, чувствуя, как взрослые сейчас всё испортят. — А мама, если хочет, может поехать обратно и ещё побыть в тюрьме у папы…

Мама побледнела. Бабушка открыла рот и закрыла, напоминая в этот момент сома, которого Юнда однажды видела на рыбалке с дедом.

— Мам, — взвинченным голосом начала мама. — Зачем ты ей сказала?

— Да я не говорила ничего… — бабушка замахала газетой. — Дети же всё слышат, понимают, они же не зверята какие…

— Ничего тебе доверить нельзя!

Под недовольные возгласы взрослых Юнду схватили за руку и потащили к парому. Она оглядывалась на берег, где остались тысячи не найденных камней, и думала: почему взрослые считают детей глупыми? Думают, если сказать шёпотом — не поймут? Думают, если не объяснять — само рассосётся?

Она уже давно знала, что папа в тюрьме. Просто не спрашивала об этом, не интересно. Паром загудел, отчаливая. Юнда сжала камень в кармане куртки, своё новое сокровище.

Дома камень отправился к другим редким находкам — в круглый аквариум, где уже лежали сердолик, пара стеклянных шариков и полосатый камень, который, как верила девочка, отвалился от Марса. Там и остался треугольник с лапкой. Лежал забытый годами, покрывался известковым налётом от воды, иногда попадался под руку, когда Юнда меняла воду или запускала руку в аквариум, чтобы пощупать скользкий бок рыбы.

Девочка выросла. Аквариум превратился в «привет из детства», потом в «надо бы выкинуть эту рухлядь», потом просто перестал замечаться. Камень лежал на дне, вместе с другой «мелочевкой» и накоплениями монеток. Пока однажды вечером в гости не пришёл недавний знакомый — Алессар. Юнда полезла за мелочью на дно и её пальцы сомкнулись на треугольном камне с отпечатком собачьей лапки.

— О, прикольный, — сказал Алессар. — Дай глянуть.

Юнда протянула камень, а он взял и засветился. Ну, то есть, реально засветился — мягким таким, зеленоватым светом, будто внутрь засунули светодиод от старой гирлянды.

— О, — сказала Юнда, даже бровью не поведя. — Красиво.

— Ага, — Алессар покрутил камень перед глазами, потом постучал им по поверхности стола. — Может, батарейка села?

— Это магия, детка! — Юнда выхватила камень обратно, сунула в карман джинсов. — Не выставляй его напоказ, очевидно, что он волшебный.

— Ты серьёзно? — он скривился. — Магия? В двадцать первом веке?

— А ты вон в астрологию веришь. И в то, что ты гот, хотя у тебя даже чёлки приличной нет.

— Я — пост-гот, — обиженно поправил Алессар. — Это две разные субкультуры, дубина. Я — тонкая материя.

— Тонкая материя у тебя в голове, — Юнда уже натягивала куртку. — Короче, хочешь, подарю? Всё равно лежал в аквариуме десять лет, пусть у тебя полежит.

— Давай, — легко согласился он, убирая камень в карман своей растянутой кофты. — Забавный. Лапа смешная.

Они вышли из квартиры, захлопнув дверь.

В подъезде пахло кошками и жареной картошкой — стандартный набор пятиэтажного дома девушки. Юнда на ходу выудила из пачки сигарету, прикурила от зажигалки с черепом (подарок на прошлое восемнадцатилетие, до сих пор работает).