Книга Ничего мне не обещай, страница 170 – Меган Брэнди

У меня внутри что-то хрустит, невидимая нить настойчиво тянется к нему, словно умоляя связать нас воедино, так крепко, чтобы ничто и никто никогда не смог ее вырвать.

— Мейс, – зову я.

— Ответь мне, – выдыхает он.

— Да, – шепчу я в ответ.

Мейсону не нужно было другого объяснения, это единственное слово, словно жидкое горячее обещание, наполняет его до краев и ведет вперед. Его губы прижимаются к моим в таком страстном поцелуе, что я чувствую, как невидимые путы еще крепче привязывают его к моей душе.

Он целует меня, словно одержимый. Одержимый.

И я думаю, что так оно и есть.

Он с такой страстью прижимается к моим губам, что я словно вижу себя со стороны. Это чувство настолько нереальное и опьяняющее, что я не могу дышать. Все мое тело пронизывает дрожь, колени подгибаются. Мейсон оказывается рядом, чтобы поддержать меня, заключая в свои сильные и умелые руки и прижимая к себе еще крепче.

— Ты даже не представляешь, как много ты для меня значишь, – шепчет Мейсон, прижимаясь лбом к моему лбу. – Я буду ждать, Прелесть.

— Это может занять много времени, – говорю я.

— Мне всё равно. Говорю тебе прямо сейчас: я никогда не смог бы никого желать так, как хочу тебя. Я могу подождать. Я буду ждать.

Я неуверенно улыбаюсь.

— Мне бы этого хотелось.

У него вырывается прерывистый вздох, напряжение покидает его тело после моего признания.

— Ты расскажешь мне? – шепчет он. – Когда ты поймешь, что готова, когда ты хотя бы подумаешь, что можешь быть готова, ты скажешь мне?

— Ты узнаешь первым.

Его взгляд пронзает меня с такой силой, какой я никогда раньше не видела.

— Ты говоришь, что для нас с Ди ничего не изменится. Я буду продолжать видеться с тобой и с ним. Мы будем разговаривать. Ты говоришь это?

Я киваю.

— Мне нужно, чтобы ты пообещала мне. – Мне кажется, я вижу, как его карие глаза наполняются слезами, но он прячет лицо у меня на шее. – Пообещай мне, Пейтон.

— Я обещаю.

Мейсон

Сейчас, ноябрь

— У тебя слишком большой упор на ведущую ногу, – говорю я, и Алистер, усмехнувшись, продолжает держать стойку и отбивать мяч. А я лишь думаю о том, что это напрасная трата моего времени. Мне следовало бы учиться, развивать свои навыки, чтобы было что предложить профессиональному спорту, но вместо этого я здесь, пытаюсь научить парня, который не хочет учиться.

Алистер оглядывается на меня с ухмылкой, но я качаю головой, копируя его позу, и посылаю ему воздушный поцелуй. Затем я смотрю ему в глаза и повторяю движения ещё раз, но уже в правильной технике.

— Восемьдесят процентов веса приходится на другую ногу, – начинаю я, вращая бедрами и отталкиваясь задней ногой. – Когда я смещаюсь, вес переносится на переднюю ногу, я раскрываю бедра и вкладываю больше силы в удар по мячу. – Я отступаю назад, используя только что показанный прием, и челюсть Алистера сжимается, когда он наблюдает за полетом мяча. Мяч летит, и не нужен радар на десятиярдовой линии, чтобы увидеть разницу в мощности.

— Не все должны делать так, как ты, придурок, – говорит он мне.

— Дело не в том, как я делаю. Есть правильные и неправильные приемы.

— Просто ты чертовски идеален.

Повернувшись, я с вызовом смотрю на этого человека.

— Ты хочешь стать лучше или нет?

— Я здесь только потому, что тренер сказал, что я должен. Я сам создал эту команду, и мне не нужна твоя помощь, чтобы остаться в ней.