Книга Ничего мне не обещай, страница 164 – Меган Брэнди

Я ощущаю одновременно тяжесть и легкость.

Все это время я переживала и не могла спать из-за Мейсона, из-за того, что он значил для меня, но я ни разу не подумала о том, что он значит для моего ребенка. О нём и Дитоне. То есть я думала об этом, но не так, как сейчас.

Я знала, что ему не всё равно. Что, когда Дитона не было рядом, Мейсон скучал по нему. Я знала, что он любит его и готов на всё ради него, но я не осознавала этого в полной мере раньше.

Мои глаза были закрыты, поэтому я сосредоточилась на прошлом, а не на том, что происходило на самом деле.

У Дитона не было отца, и я была в этом виновата. Я сама сделала так, чтобы это произошло. Я привезла его в Калифорнию, а по дороге домой он скончался.

Отец моего сына ушёл из жизни, оставив его без отца. У Дитона-младшего была только я. Это были факты, и я знала их наверняка.

Но… это неправда, не так ли?

Мы никогда не были только вдвоём.

Во мне поднимается паника, и я отступаю назад. Затем ещё один шаг.

И вот я поворачиваюсь и оставляю своего сына в надёжных руках.

Я оставляю его с его… папой.

Пейтон

Раньше, май

– Вчера он немного поползал. В основном задом наперёд, – смеюсь я, приподнимаюсь и сажусь, опираясь на спинку кровати. – Но, думаю, он скоро освоится.

Он стоит в другом конце комнаты, нежно улыбаясь спящему на кровати малышу.

– Я не могу поверить, каким большим он становится. И таким быстрым. Скоро он будет бегать как сумасшедший.

Я киваю, проводя рукой по его маленькой спине.

– Знаешь, моя мама никогда даже не пыталась позвонить. Не то чтобы я хотела, чтобы она звонила, но Дитон – драгоценный ребенок, понимаешь? Я никогда не пойму, как кто-то может игнорировать тот факт, что где-то есть маленькая частичка его самого, которую он никогда не встречал.

– Это потому, что он не частица её.

Его глубокие карие глаза встречаются с моими.

– Он – это ты, Пейтон, и, может быть, однажды он станет частичкой меня.

– Обязательно, – обещаю я, слегка нахмурившись, когда понимаю, что Мейсона нет рядом со мной, как следовало бы.

– Почему ты так далеко? – спрашиваю я.

Я протягиваю руку в поисках его ладони, но он лишь улыбается, слегка наклонив голову.

– Я здесь, Прелесть…

— Ма, мм, мм!

Моя улыбка расцветает еще до того, как я открываю глаза, и я замечаю пару голубых глаз, глядящих на меня с озорством.

Я смеюсь, слегка кряхтя, когда Дитон прижимается к моему животу, практически ложась на меня сверху.

— Ну что ж, и вам доброе утро, мистер.

Мейсон, смеясь, протягивает руку и поднимает его, подбрасывая в воздух и заставляя летать над нами, словно на самолете.

— Скажи: «Мама, мы так долго не спали и умираем с голоду. Мы хотим вафли».

Натягивая одеяло до груди, я поворачиваюсь в постели и встречаюсь взглядом с Мейсоном поверх одеяла.

— Привет.

Его улыбка становится шире, и он наклоняется, нежно прижимаясь губами к моему лбу.

— Привет. Я задержал вас здесь еще на один день, а вы тратите его впустую.

Я в изумлении, и он усмехается, поднимаясь с кровати с Дитоном на руках.

— Малыш Ди уже переоделся, а также съел половину банки этой ненавистной овсяной каши. Моя сестра и Ноа ждут нас в холле, и мы собираемся встретиться с ними у пруда.

Пока я сажусь, Мейсон пристегивает Дитона к коляске. Затем он наклоняется ко мне с ухмылкой, от которой у меня по телу разливается жар. Его губы почти касаются моих, когда он шепчет: