Книга Между любовью и ненавистью, страница 135 – Шейн Роуз

— Я не твоя мать и не кто-то еще, Клара. Твоей пекарне я уделил больше внимания, чем любому другому помещению в этом курорте. Ты это осознаешь? – рявкнул я. – Более того, я прислушиваюсь к твоим идеям чаще, чем к предложению других. Я уважаю твое мнение. Это должно быть очевидно и без слов.

Она ахнула от моей откровенности и прикусила нижнюю губу, словно взвешивая ответ.

— Ты действительно говоришь это всерьез?

— Конечно, я говорю всерьез. – Я всплеснул руками, отступил на пару шагов и вновь приблизился к ней. – Через две минуты начнется встреча, иначе, честно признаться, я бы вправил тебе мозги. Но после нее я жду твою задницу в своем кабинете, чтобы преподать тебе урок, как не спускать столько денег на ветер.

Она улыбнулась:

— Знаешь, Доминик? Пожалуй, я обойдусь без нравоучений. Мы завершили все запланированные на сегодня дела. И мне сейчас не помешает отдохнуть от всех этих трат.

Я стиснул зубы, едва сдерживая смех, когда она прошла мимо. Вместо этого я шлепнул ее по попе, затем, схватив, притянул к себе и прошептал:

— Если после этого совещания ты не явишься в мой кабинет, я тебя накажу, Клара.

Она закатила глаза.

— Сомневаюсь, что ты вообще представляешь, как это сделать.

— Ты так думаешь? А если я приостановлю открытие твоей части курорта, чтобы я мог заняться с тобой сексом до полного изнеможения в твое свободное время?

Она резко вздохнула. Мне было известно, что наша маркетинговая команда активно продвигает ее в соцсетях, публикуя вирусные посты, и аудитория с нетерпением ждала открытия розовой пекарни. Надо признать, это была гениальная маркетинговая уловка, но признаюсь я в этом только самому себе.

— Ты не посмеешь этого сделать.

Вот оно. В ее голосе наконец-то прозвучал страх.

— После встречи остаешься здесь. Тогда мы обсудим твое легкомысленное поведение.

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ ДОМИНИКА Харди о грядущем наказании после встречи полностью лишило меня способности концентрироваться на происходящем.

Я изо всех сил пыталась. Правда пыталась.

Он говорил о том, что я ранее ему предложила: изменение цветовой палитры в разных зонах курорта. В то время как остальные прилежно конспектировали, я рисовала завитки в блокноте, ни одно произнесенное им слово не задерживалось в голове.

Я совершенно неправильно отреагировала на неполученное сообщение в этот день, особенно после того, как он объяснил мне причину. Теперь все встало на свои места. Доминик был перфекционистом во всем, за что брался, и не доверял никому другому выполнение задач, потому что уже раз обжигался. Я видела, как мужчина оберегает дорогих ему людей, и постепенно осознавала: если ему не удается этого сделать, он винит себя сильнее, чем кто-либо другой.

Меня не отпускала мысль: а не зашла ли я слишком далеко, распоряжаясь его деньгами? Хоть я предупредила флориста, что мы, вероятно, внесем некоторые коррективы, однако сейчас не могла совладать с приливом адреналина, тревогой и одновременно жгучим предвкушением того, какие последствия меня ждут.

— Что ж, за эти две недели мы обозначили немало изменений, верно? – В голосе Риты проскальзывали нехарактерная для нее напряженность и высокие нотки. Предложенные Домиником правки означали кучу дополнительной работы, но энтузиазм присутствующих указывал на их всеобщее одобрение.