Книга Генеральный папа, страница 25 – Алёна Амурская, Ника Лето

Она не отвечает, но и не сопротивляется. Ее ноги касаются пушистого ковра, и она замирает, глядя по сторонам круглыми глазами. Взгляд цепляется за рассыпанные детали пазла на низком столике.

Юля медленно, словно во сне, опускается на колени, потом садится на ковер, поджав под себя ноги. Она протягивает руку к пазлу, берет одну деталь, прикладывает к краю картинки, откладывает, берет другую.

Я выдыхаю с облегчением. Она занята. Хотя бы на минуту.

Пытаюсь аккуратно отойти к столу, чтобы разобрать сумку, но Юля мгновенно реагирует. Ее рука хватает меня за край юбки, и она поднимает на меня испуганные, предупреждающие. Готова снова включить свою неизменную сирену.

— Я здесь, — говорю я быстро. — Никуда не ухожу. Я просто сяду за стол, хорошо? Видишь? В двух шагах.

Она смотрит на стол, потом на меня, потом снова на пазл. Пальцы чуть ослабевают, но не отпускают. В итоге она находит компромисс: держит меня за подол, сжимая ткань сильнее, и продолжает собирать картинку. Такое ощущение, словно одной рукой она придерживает мое присутствие как гарантию безопасности.

Я поворачиваюсь к столу, чувствуя себя одновременно нелепо и трогательно. Младший администратор с ребенком на привязи.

Сумку ставлю на стул рядом. Я начинаю выкладывать вещи — кружку, сменные туфли, ежедневник, пару ручек, запасную зарядку. Пытаюсь найти им место на новом столе, который кажется слишком чистым и чужим для моих скромных канцелярских принадлежностей.

Юля, видимо, почувствовав себя наконец-то в безопасности или увлёкшись сильно пазлом, ослабляет руку, а потом убирает. Я бросаю на неё быстрый взгляд. Девочка действительно увлечена головоломкой.

Возвращаюсь к своему делу, двигаясь теперь более уверено. Но руки дрожат всё равно. Наверное, от переизбытка адреналина за сегодня. Или оттого, что я до сих пор не могу поверить, что нахожусь в комнате, смежной с кабинетом самого Зарубина. Дверь между нами открыта настежь — я отлично вижу край его огромного стола, часть панорамного окна и темный силуэт, который движется там.

Страшно. Очень страшно.

А еще Светкины слова засели в голове занозой.

«Аквариум с акулами». «Сожрут». «За людей не считают».

Но я продолжаю наводить свой порядок, пытаясь выкинуть из головы всё лишнее. Моя жизнь кардинально переменилась, и мне нужно выдохнуть, переосмыслить. Но делать это, зная, что за стеной Зарубин — невероятно сложно.

Когда заканчиваю с расстановкой своих скромных пожитков, делаю шаг назад, чтобы оценить, как кружка смотрится на столе. Но...

Врезаюсь во что-то мягкое, круглое и абсолютно неожиданное. Детский пуфик в виде единорога, который я не заметила, потому что он оказался прямо у меня за спиной.

Мир наклоняется.

Я чувствую, как теряю равновесие, как пятка соскальзывает с плюшевой игрушки, как центр тяжести смещается куда-то за пределы моего тела, и я начинаю падать назад. Спиной. На пол. Глупо, нелепо, с грохотом.

Супер. Не хватало только эпичного падения после всего, что я за сегодня успела пережить. Бедная моя спина, мало ей досталось папками в архиве, видимо.

Я закрываю глаза, готовясь к удару.

Но удар не приходит.

Вместо холодного пола — жар. Горячий, плотный, почти обжигающий. Чьи-то руки перехватывают меня за талию и предплечье за долю секунды до того, как я успеваю коснуться ковра.