Книга Роковая ошибка мистера Куина, страница 95 – Бенедикт Браун

Он, казалось, испугался подлетевшего к нему сумасшедшего, но быстро расслабился и уверенно посмотрел на меня.

— Это ведь ты? – закричал я. – Себастьян? Ты это сделал?

Я устроил целый спектакль, со всех углов сошлись соседи и начали шептаться, сзади раздались шаги.

— Мариус, успокойся! – сказал не кто иной, как почтальон Нэд. Он положил руку на мое плечо, попытавшись меня отодвинуть, но я не поддался, и он заговорил снова: – Это племянник миссис Эббот, Питер. Он приехал в деревню в прошлом году.

Девушка, стоящая рядом с незнакомцем, на которого я только что накричал, сделала шаг вперед:

— Питер, ты его знаешь?

— Лично – нет, – ответил он. Голос у него был очень низкий, вряд ли я его слышал раньше.

— Простите, – извинился я, чувствуя себя совершенным дураком. – Я схожу с ума. Ошибся.

— Все нормально, мистер Куин. – Парень со шрамом, очевидно, хорошо знал, кто я такой, а вот я о нем не слышал ни разу. – Эта неделя была очень сложной для нас всех.

Он протянул мне руку, и я сухо пожал ее. Подъехал полицейский фургон, у паба появился «Санбим» Беллы, но я будто оказался в другом мире. Больше всего мне хотелось вернуться домой в Лондон, и не только в пространственном смысле, но и во времени. Хотелось оказаться в начале недели, когда я еще ничего не знал о Хитонах и ядовитых тайнах родной деревни.

— Мариус? – раздался голос Беллы, но я едва различал откуда. – Мариус, ты как?

Я забрал конверт из рук Лавбрука. Мы втроем пошли к ближайшей скамейке.

Весна 1917-го

Часть вторая

До приезда Себастьяна Додо была романтиком, которому некого было любить. Все ее друзья разбились по парам – у Ричарда имелось сразу несколько кандидаток, – но для Дороти «Додо» Лайл ни один мальчик не был тем самым.

Додо была бабочкой, порхающей по деревне без единого страха или плана. Она была летним ветерком, кружащим в своей естественной среде, и ее не волновали мысли окружающих.

Ну и, конечно, именно тогда Себастьяну Кейну требовалось ворваться в ее жизнь и все испортить. Он встал перед классом и перед миссис Эббот, и Додо поняла, что все изменилось раз и навсегда. Мальчик неуверенно назвал свое имя, а ее переполнила удивительная ясность.

За него она выйдет замуж, не за Джеймса – у того была настолько тонкая кожа, что он боялся каждого, даже самого незначительного оскорбления. И не за Ричарда, который видел в людях лишь зеркала, отражающие его же великолепие. Себастьян был другим. Он любил книги и мог формулировать сложные предложения, пусть и очень тихим голосом.

Их тянуло к друг другу с самого первого дня. Не как магнитами – это уже перебор, – то было просто природное притяжение. Она нашла дорогу к Себастьяну медленно, естественно. Таким она была человеком.

Они обсуждали все на свете. Фильмы, музыку, спектакли, но больше всего, конечно, книги. Додо мечтала стать писательницей и каждую неделю писала очерки о друзьях примерно по двести слов. Она доверяла их лишь Мариусу, но Мариус не был таким, как остальные мальчишки. Она видела в нем доброго брата, почти такого же надежного, как ее родной, – ему бы она тоже доверила свои сочинения, если бы чтение не было для него таким трудоемким занятием.

Каждый день Додо и Себастьян встречались в лесу после уроков. У них имелось даже «свое место» – круглая опушка, на которой стояли разные камни, словно лесная мебель. Додо чувствовала себя там как дома. Как к этому месту относился Себастьян, она сказать не могла. Хоть болтали они там часами напролет, он редко говорил о своих чувствах – настоящих, по крайней мере, не касающихся книг или искусства.