Книга Искатель, 2010 №6, страница 2 – Денис Чекалов, Виталий Забирко

— По-моему, Вячеслав Павлович, — с сожалением констатировал я, намеренно задевая шефа за живое, — вы боитесь уронитъевою репутацию...

Он насупился, недобро глянул на меня и отрезал:

— Да, боюсь! Я сорок лет зарабатывал репутацию честного исследователя и не желаю ее терять, принимая участие в балагане!

— Извините, Вячеслав Павлович, — я отвел глаза и начал складывать карту, — не хотел вас обидеть.

Когда перед шефом извиняются, он размякает и затем чувствует себя так, будто не его оскорбили, а он кого-то обидел. При умелом обхождении из него можно веревки вить, но я так поступал только в исключительных случаях. Именно такой случай сейчас и был.

Шеф шумно выдохнул, взял сигарету, закурил.

— Ладно, проехали... — великодушно пробасил он. — Как у нас дела с анализом образцов грунта из Медвежьего урочища?

— По предварительным результатам ничего необычного нет, — сказал я в сторону, стараясь выглядеть обиженным, — тем более что в некоторых образцах обнаружены следы горевшего авиационного керосина. На поляне хорошее место для пикника, поэтому можно предположить, что кто-то ранее разжигал керосином костер. Либо мы опять имеем дело с мистификацией. Окончательный ответ обещали дать в конце следующей недели.

— Авиационный керосин, говоришь... — задумчиво протянул шеф. — Странно. Логичнее было бы разжигать костер бензином или соляркой.

— Нет, — возразил я. — В урочище автотранспортом не добраться. Пешком, либо вертолетом.

— Откуда там вертолету взяться?

— В лесничестве говорят, что заместитель губернатора к ним частенько наведывается поохотиться. Иногда на вертолете.

— Понятно... — разочарованно протянул шеф. — Быстрее анализы сделать не могут?

— Могут, — кивнул я, по-прежнему глядя в сторону. — Но анализы вне очереди лаборатория делает по завышенным расценкам.

— Вот видишь! — шеф повысил голос. — Везде деньги! Где я их возьму на командировку при нашем скудном финансировании? А спонсор на поездку в Бубякино копейки не даст!

Моя уловка начинала работать, и на поездке в Бубякино было рано ставить крест.

— Я и не прошу, — тихо сказал я, глядя в стол. — Могу за свой счет...

— У тебя что, до конца следующей недели работы нет?

Шеф раздраженно загасил в пепельнице окурок и закурил следующую сигарету.

— Работу всегда можно найти, — безразлично заметил я. — Диссертацию надо заканчивать...

— Кстати, о диссертации, — воспрянул духом шеф, ухватившись за оброненное слово. — У меня есть прекрасные данные по Алатой-скому диву как раз по твоей теме.

— Я их уже использовал, — корректно сообщил я.

— Да? — удивился шеф.

— Да. Эти данные вы предоставили мне полгода назад.

Шеф смущенно вздохнул, глубоко затянулся сигаретой. Беззащитные, как у всех близоруких, глаза окончательно погрустнели за толстыми линзами очков.

— Что-то я поглупел на старости лет... — пробормотал он. — Вижу, к чему клонишь... Не совсем дурак. Ты в отпуске давно не был?

— Два года.

— Решил недельку развлечься, потусоваться...

— Поездку я планирую исключительно в научных целях, — с каменным лицом парировал я, хотя на самом деле шеф был прав на сто процентов. Праздник и в захолустье праздник, а научные цели только предлог.

Шеф окончательно смутился, снял очки, протер платком, снова надел их.

— Молодо-зелено... — грустно сказал он. — Ладно, пусть будет по-твоему, поезжай.