Книга Зажигая звезды, страница 97 – Мари Милас

— Ту руку, которой ты ударилась, Бель.

— А-а-а… – Наконец-то мой мозг начинает нормально функционировать, и я поворачиваюсь вполоборота, показывая ему локоть.

Из Леви вырывается рычание.

— Болит? – спрашивает он, и локоть сразу же начинает болеть.

— Нет. – Я не хочу, чтобы он еще больше нервничал и жалел меня. – Все в порядке, мы можем ехать.

— Для протокола: я не верю, что она не болит, потому что на ней уже образовался синяк размером с галактику.

Я вздыхаю и отворачиваюсь, складывая руки на коленях.

— Но мы не можем ничего изменить, поэтому поехали.

Я ненавижу себя за такую холодность, но понимаю, что если хоть на секунду дам слабину, то все мои эмоции выйдут на поверхность. С Леви мне удается быть сильной и слабой одновременно, не скрывая своих переживаний, но сегодня мне нужна только концентрация и ничего больше.

— Прости, я просто не хочу больше это обсуждать. – Я перемещаю руку ему на колено, когда мы трогаемся с места. – Послушаем музыку?

Улыбка появляется на его лице.

— Да, только не саундтреки Моаны, умоляю, – произносит он со смешком. Затем, немного задумавшись, добавляет: – Ладно, только одну песню… про краба.

Я знала, что он неровно к нему дышит!

— Погрузимся в логово Таматоа? – Я изображаю голос Мауи.

— Да, мне срочно требуются положительные вибрации.

— Мне тоже, – смеюсь я и подключаю его телефон к аудиосистеме.

Мы едем уже примерно час, и напряженная атмосфера полностью спадает. Я поглаживаю Леви по бедру, он изредка берет меня за руку, чтобы не отвлекаться от дороги. Пейзажи проносятся за окном, а утреннее солнце слепит глаза. Мои веки тяжелеют – я позволяю им опуститься, греясь в теплых лучах.

— Это же не последний раз, когда мы видимся, верно? – произносит он, и я чувствую странную эмоцию в его тоне. Неуверенность. Он позволил словам моего отца проникнуть в его сердце.

Я резко распахиваю глаза и поворачиваюсь к нему.

— Он не будет влиять еще и на тебя! – восклицаю я. – Достаточно того, что его голос живет в моей голове двадцать четыре часа в сутки. Не позволяй ему поселить в тебе неуверенность. Это не последний раз, не крайний и не какой-либо еще. Не важно, что случится, когда мы вернемся домой, но между нами все будет как прежде. – Я вкладываю в свой голос всю уверенность, на которую способна. – Я люблю тебя, Леви Кеннет.

Его плечи расслабляются, и мягкая улыбка трогает уголки губ.

— Я люблю тебя, Аннабель Андерсон. Что бы ни случилось.

Взяв мою ладонь в свою, он вырисовывает четкими длинными линиями звезду, которая, кажется, уже выгравирована у меня в сердце.

Через пятнадцать минут мы останавливаемся, чтобы заправить машину. Леви выходит из автомобиля, когда с заднего сиденья раздается мелодия моего телефона. Я тянусь за сумкой, но не достаю. Пробую еще раз – и все еще никак. Леви слишком далеко ее положил. Бедная Рианна уже надрывается и ждет, когда я наконец-то прерву ее. Я выхожу из машины, открываю заднюю пассажирскую дверь, чтобы добраться до сумки.

— Привет, Лиам, – отвечаю я и прислоняюсь к окну, когда возвращаюсь на место.

— Привет, вы в пути? Все хорошо? – Его тон взволнованный: наверное, он тоже переживает из-за просмотра.

Лиам уехал в Лондон вчера вечером с родителями, поэтому мы встретимся с ним прямо в академии.