Книга Право на нас, страница 49 – Марина Кистяева

Но как же, сука, ему было тошно...

И вот в дверь постучали, сообщив, что через десять минут за Антониной придут.

Богдан сжал кулаки. Всё... Уходит она.

— Твой отец... Варанов, - начала Тоня, застыв над раскрытой сумку. Потом перевела взгляд на Богдана. Он сидел за столом, положив предплечья на столешницу.

Тоня как-то странно растерялась.

— Что Варанов?

Девчонка повернулась к нему и заправила рыжую прядь за ухо. Снова коса и снова какая-то растрепанная немного.

Черт.-

Он не мог воспринимать её волосы адекватно.

Её саму - тоже.

Пусть уже валит, наконец-то!

— Он сказал, что я буду к тебе приезжать каждые выходные.

Что-о-о?

У Богдана округлились глаза. Он не смог скрыть своего удивления.

— Ты не знал? - уже более тише уточнила Тоня, переступая с ноги на ногу.

— Нет.

Каждые выходные...

Это что за подъебон такой?

Серьезно. Две ночи - куда не шло. Но потом... Он не каменный! У него и так все мышцы трещат!

Тогда почему адреналин в башку ударил? В самый висок...

— Ну вот теперь знай. Поэтому я, думаю, может, не брать сумку. Я могу её здесь оставить?

— Оставляй, - на автомате ответил Бога, а у самого другие мысли шпарили.

Приедет! Ещё!

Тоня кивнула.

-Ладно.

Помялась и повернулась к нему спиной.

Всё...

Она уже стояла у двери. Сейчас уйдет... Ее заберут у него! На неделю! Нет, на пять дней! Или больше?..

В груди Богдана сдетонировало.

— Подожди.

Он резко встал из-за стола и за считанные секунды оказался рядом с девчонкой. Та толком не успела понять, что происходит. Глазищами лишь захлопала.

А он к ней.

Близко. И как дикий зверь аромат её ягодный в себя втянул.

— Поцелуй меня.

— Что? - ошарашенно выдохнула Тоня.

А что ты хотела, маленькая...

Он, конечно, сука, джентльмен! И выдержал эти выходные, а что будет в следующие?

Их как в клетке схлестнули. Чтобы выбора не было...

Ему-то точно не оставляли. Нет, выбор всегда есть, но что останется в итоге?

А Тоня здесь. Рядом. Стоит глазищами своими недоверчиво смотрит.

Не верит тому, что слышит?

А зря. Он далеко не белый и не пушистый.

Он голодный сукин сын.

Глава 16.

«Выйди, поговорим».

Сообщение от Артамона не вызвало восторга у Тони.

Можно и надо послать его нахер. Даже заигнорить. Но Тоня с удивлением отметила, что уже отвечает.

«Сейчас».

Она это серьезно?

Кажется, да.

Сегодня - среда. В универе они не виделись, он не приходил. А она... Она пыталась учиться и не думать про предстоящие выходные. И суд. Дату ещё не назначили, по крайней мере, её в качестве свидетеля больше не приглашали.

Друзья Богдана, за что она им была бесконечно благодарна, опекали её. В прямом смысле. Сначала их незримое присутствие воспринималось дико. Кто-то постоянно на горизонте был. И если к ней подходили, сразу направлялся в её сторону.

Связываться с «армейскими» не решались. Мало того, что студенты уверовали, что они на самом деле воевали, так каким-то образом прошел слух, что Богдан связан с Барановым.

Последнее оказалось самым весомым аргументом.

Преподаватели, конечно, оказались не в восторге, что новоиспеченного студента «закрыли». И даже поговаривали об исключении Богдана, но... На разговорах дело и закончилось.

Тоня вышла в коридор.

— Мам...

-Да.

-Артамонов приехал. Я выйду поговорить.

Мама медленно кивнула.

— Я на кухне буду.

Артамонов стоял, уперевшись о «камри». Увидев выходящую Тоню, бросил сигарету в снег и затушил её.