Книга Босс не по плану, страница 58 – Майя Нур

Я смотрю на эти три слова.

Думаю о том, что он предупреждал. «Я боюсь что однажды закроюсь и сам не замечу» — он сказал это в Сокольниках, у анютиных глазок. Я сказала «постучу».

Он сейчас просит не стучать.

Это другое.

Это — его право.

Я пишу: «Хорошо. Я здесь».

И убираю телефон.

Суббота.

Я убираю квартиру, хожу на рынок, готовлю что-то из того что купила — механически, руки делают, голова думает о другом.

Звоню Кате.

— Он закрылся, — говорю я.

— Когда?

— Со среды. Говорит «не сейчас».

— Что ты ответила?

— «Хорошо. Я здесь».

Молчание.

— Это правильно, — говорит Катя.

— Мне кажется я должна что-то сделать.

— Ты сделала, — говорит она. — Ты сказала «я здесь». Это не ничего. Это много.

— Но он не отвечает.

— Он ответит, — говорит Катя. — Такие люди — они уходят внутрь, но они слышат. Он знает что ты здесь. И он вернётся именно потому что знает.

— А если не вернётся?

Пауза.

— Вера, — говорит Катя. — Ты сейчас пишешь катастрофический сценарий.

— Может он передумал.

— За три дня тишины?

— Бывает.

— Бывает, — соглашается Катя. — Но ты сама говорила — он человек, который не делает лишних движений. Анютины глазки, методичка, закрытая столовая. Это не человек который просто так исчезает. — Пауза. — Что-то случилось. С ним. Не с вами.

Я сижу на кухне.

— Ты думаешь?

— Думаю, — говорит Катя. — Подожди. Он придёт.

Воскресенье.

Утром — тишина.

В полдень я сижу и смотрю в окно и думаю о том, что он сказал «я боюсь закрыться и сам не замечу». Заметил. Сказал «не сейчас». Это значит — он внутри чего-то, и ему нужно время.

Я умею ждать годового отчёта.

Но это — другое.

В час дня я принимаю решение.

Не ждать.

Не названивать, не засыпать сообщениями — нет. Просто — сделать одно маленькое. Тихое. Такое, как он делал для меня.

Я иду в магазин.

Покупаю борщ — готовый, хороший, не кафешный. Нахожу контейнер. Пишу на стикере просто: «Тётя Люда сказала бы что домашний лучше. Но я старалась».

Еду к его дому.

Я была у него один раз — в начале июня, он показывал район, мы гуляли рядом. Адрес знаю.

Стою у домофона.

Думаю.

Потом нажимаю кнопку.

Долгая пауза. Я уже думаю что не откроет — или что его нет дома, или что это была плохая идея.

— Да, — говорит он. Голос — ровный, но чуть тише обычного.

— Это я, — говорю я. — Я не зайду. Просто оставлю у двери.

Пауза.

— Что оставишь?

— Борщ.

Тишина.

Долгая тишина. Секунд двадцать.

Потом домофон щёлкает.

Он открывает дверь квартиры раньше чем я успеваю поставить контейнер.

Стоит в дверях — не в пальто, не в пиджаке. В домашнем — тёмный свитер, это первый раз когда я вижу его в свитере. Волосы не причёсаны с той аккуратностью с которой обычно.

Смотрит на меня. Потом на контейнер. Потом на стикер.

Читает стикер.

Что-то в его лице — не улыбка. Что-то тише. Что-то размягчённое, как будто что-то твёрдое внутри встретило тёплое и немного подалось.

— Заходи, — говорит он.

— Я правда не зайду, — говорю я. — Это просто борщ. Я слышу что тебе нужно время — я не тороплю. Просто хотела чтобы ты поел.

Он смотрит на меня.

— Вера.

— Да?

— Заходи.

Я захожу.

Квартира — небольшая, тёмная сейчас потому что шторы задёрнуты. Аккуратная — он аккуратный человек, это видно даже так. На подоконнике — анютины глазки. Живые, поливает.

Он идёт на кухню. Я иду следом.