Книга Пышка по протоколу, или Босс, держите корону!, страница 85 – Алекс Скай

Лика приложила ладонь к груди и беззвучно произнесла:

— Прогресс.

Даже сейчас.

Даже в момент, когда наша репутация пыталась вывалиться из окна десятого этажа, Лика умудрялась фиксировать педагогические достижения.

Кирилл закончил разговор словами:

— Я сам всё объясню. И Арина тоже, если захочет. Но никто не будет требовать от неё оправданий.

Он отключился.

— Как она? — спросила я.

— Обманута, — сказал он.

Я опустила взгляд.

— Я поговорю с ней.

— Нет.

— Кирилл.

— Не сейчас. Сейчас она услышит только то, что подтвердит боль.

— Это звучит почти психологически разумно. Кто вы и где спрятали мужчину, который пытался управлять музыкой через юристов?

Он посмотрел на меня.

И впервые за вечер в его глазах мелькнуло что-то живое. Усталое. Почти болезненное.

— Я всё ещё здесь.

— Вижу.

— И сейчас очень хочу сделать неправильно.

— Что именно?

— Позвонить Вадиму. Приехать к нему. Потребовать, чтобы он признал отправку. Потом уволить так, чтобы он до конца жизни вздрагивал от слова «почта».

— Я ценю честность.

— Но?

— Но это будет подарок с бантом.

— Я знаю.

— Тогда не делайте.

— Пытаюсь.

— Уже хорошо.

Елена смотрела на нас так, будто ей очень хотелось записать этот диалог в отдельный раздел под названием «Доказательства динамики отношений, которые нельзя прикладывать к делу».

— Предлагаю так, — сказала она. — Утром закрытая встреча с ключевыми партнёрами и советом. Кирилл даёт официальное объяснение. Арина присутствует только при добровольном согласии.

— Присутствует, — сказала я.

Кирилл повернулся резко.

— Нет.

— Да.

— Вы не обязаны.

— Я знаю.

— Там будут давить.

— Я тоже умею.

— Это не тренинг, Арина.

— Конечно. На тренинге люди хотя бы притворяются, что хотят стать лучше.

Елена вздохнула.

— Я бы не рекомендовала…

— Я выйду, — сказала я. — Не как ваша «невеста», не как жертва Вадима, не как женщина, которую вы хотите прикрыть собой. Как профессионал, чьё имя стоит в этом письме.

Кирилл смотрел на меня так, будто одновременно гордился и ненавидел саму идею.

— Они попытаются вас унизить.

— Пусть попробуют. Я сегодня не в той помаде, но переживу.

Лика тихо спросила:

— Хотите, я утром принесу боевую?

Я посмотрела на неё.

— Красную.

— Поняла.

Кирилл провёл ладонью по лицу. Жест был усталым и слишком человеческим.

— Хорошо.

Я моргнула.

— Что?

— Хорошо. Вы выйдете. Но если разговор перейдёт в личное унижение, я остановлю.

— После моего визуального согласия.

— Арина.

— Кирилл.

Мы стояли друг напротив друга, и скандал вокруг на секунду отступил. Не исчез — куда там. Он просто сделал шаг назад и дал нам возможность снова выбрать правила.

— После вашего визуального согласия, — сказал он.

Лика почти торжественно выдохнула.

— Я сейчас расплачусь на корпоративной почве.

— Не надо, — сказала Елена. — У нас и так достаточно влаги в репутационном поле.

— Это был юридический юмор?

— У меня редко получается.

— Зато дорого звучит, — сказала я.

Следующие часы распались на куски.

Письма. Звонки. Формулировки. Списки. Внутренние уведомления. Предварительные ответы партнёрам. Обновления от службы безопасности, которая пока осторожно сообщала, что «источник утечки локализуется», а по-человечески это значило: они почти уверены, но доказательство ещё не готово.

Вадим не появлялся.

И это было самым громким его действием.