Книга Подарок для Градова, страница 57 – Татьяна Любимая

— Чу — ушка — а! Чу — ушка — а!

А Борька лежит на жаре, ушами только хлопает изредка. Она опять кричит:

— Чу — ушка! Вставай! Я тебе цветочков нарвала.

И одуванчики ему в щелочку запихивает. Я уж Алену предупредила, чтобы пальцы Борьке не пихали, не дай бог откусит…

Смеясь, любуюсь маминой мимикой, когда она изображает тоненький детский голос соседкиной внучки. Заранее знаю, что за этим рассказом последует и даже не злюсь. Наверное, имея тридцатитрехлетнюю незамужнюю бездетную дочь, я тоже буду вот такими намеками доносить до нее, что пора бы заиметь собственных малышей.

На удивление, мама подавляет вздох и вопросов не задает.

— Я рассталась с Эдуардом, — добровольно ступаю на минное поле.

Лучше сейчас признаться, чем ждать и нервничать, когда кто — то из родителей затронет щекотливую для меня тему в неподходящий момент. На всякий случай прячу глаза, увлеченно разглядывая рубиновый цвет напитка через свет от лампочки.

— Я рассталась с Эдуардом…

— Да ты что — о? — мама чуть не роняет из рук свой бокал на стол. Подается грудью вперед, забывая обо всем на свете. Таращит на меня глаза, темно — зеленый цвет которых мне передался от нее. — А что так? Он к жене вернулся?

— Да он и не уходил от нее…

— Вот козел! — вырывается ругательство.

Мама под впечатлением доливает вина нам обеим в бокалы. В минутной тишине пьем маленькими глотками тягучий напиток.

— А знаешь, — мама взмахивает свободной рукой, — может это и к лучшему. Найдешь себе нормально, холостого. Ты только сразу не говори, что бизнесом управляешь, мужики они того, не любят властных женщин, или если они зарабатывают больше.

— Угу.

Нормальные холостые мне как — то не попадались. Только озабоченный один. Мерза — авец. Интересно было бы посмотреть на его реакцию, когда он вернулся в кабинет, а меня там нет. Расстроился или махнул рукой? Да наверняка уже замену мне нашел.

Умиротворение настолько прочно поселилось в груди и мозгах, что при мысли о «замене» нигде ничего не екает.

— А знаешь, — мама взмахивает пустым бокалом и ставит его на стол с глухим стуком, — мне твой Эдуард сразу не понравился. Вот чуяло мое сердце, что несчастлива ты с ним.

— Да ты же с ним не знакома, — посмеиваюсь, «возвращаясь» мысленно от Градова к бывшему. На душе светлеет, потому что не так страшно оказалось признаваться маме, что ничего у ее дочери не вышло в личной жизни.

— А мне знакомиться с ним не надо, чтобы свои выводы сделать. Достаточно было узнать, что он женат. Женатые мужики, знаешь ли, ради любовниц редко когда разводятся. Вот если бы ты забеременела… Кира, ты случаем не беременна?

Машу отрицательно головой, отпиваю часть вина. Была бы беременна, не пила бы «компотик». И вдруг обалдеваю от маминого заявления:

— Жаль. А то родила бы хоть для себя ребеночка, знаешь как нам с отцом на старости лет понянчиться охота?

Наливка на мгновение застревает в горле, но потом все же скатывается в желудок.

— Родить без мужа? Мам, ты же сама всегда говорила, что это стыд стыдный, как в глаза людям после этого смотреть и так далее.

— Да глупости все это. Рожают не для кого — то, а для себя, у соседей вон кругом — кто развелся, кто с рогами, кто вообще о детях забыл. Так что не слушай никого и делай как сама считаешь нужным, а мы с отцом поддержим, воспитаем. Работа у тебя есть, жилье тоже, справимся.