Книга Ненавистная жена. Вызов для попаданки, страница 52 – Анна Кривенко

Михаэль вдруг расхохотался так искренне и заразительно, что я не удержалась от лёгкой улыбки.

— Джули, ты чего? — весело произнёс он, качая головой. — Ты больше не считаешь меня родственником? Судьба распорядилась так, что я прихожусь тебе четвероюродным братом, а Ромео троюродным. Так что мне вдвойне повезло! Или ты успела позабыть об этом?

Я остолбенела. Что? Вот это новость!

— Брат? — пробормотала я, пытаясь осознать услышанное.

— Именно, — подтвердил Михаэль, лучезарно улыбаясь. — И хватит прикидываться!

Неожиданно я почувствовала, как напряжение спадает. Если Михаэль — мой дальний родственник, то с ним будет гораздо проще. Никакой неловкости, никакой двусмысленности. Как же я была рада этому! Накатило дикое, почти непреодолимое желание просто выговориться, вылить всё накопившееся напряжение кому-то, кто не станет смотреть на меня с презрением или подозрением.

Михаэль, будто прочитав мои мысли, вдруг предложил:

— Переодевайся и давай погуляем. У родителей Ромео есть огромная оранжерея. Она до сих пор цветёт, и ты просто обязана её увидеть.

Я подняла на него глаза и, наверное, впервые за всё время искренне улыбнулась.

— Правда?

— Конечно! — кивнул он, как мальчишка, горящий энтузиазмом.

— Хорошо. Дай мне минут десять.

— Жду у входа в крыло, — сказал он, махнув рукой и направляясь к лестнице.

Я смотрела ему вслед, а в груди зародилось тёплое чувство благодарности. Михаэль и правда был таким же светлым и добрым, как мой Мишка из прошлого. Настоящий друг. И я вдруг поняла, что мне теперь не так уж и одиноко в этом мире…

Обвинения Софии

Оранжерея оказалась удивительным местом. Меня поразили высокие стеклянные своды, солнечный свет, пробивающийся сквозь узоры на окнах, и огромное количество растений — от буйно цветущих роз до экзотических пальм. Влажный, тёплый воздух пах чем-то свежим и сладковатым, словно здесь навсегда застыла весна.

Это же сколько денег и усилий нужно, чтобы создать и содержать это место! Значит, семья Сильетти действительно очень богата.

Мы с Михаэлем шли по узкой дорожке, выложенной мелкими камнями. Он рассказывал забавную историю о том, как однажды случайно перепутал имена двух девушек на балу и был за это знатно избит перчатками, и я не могла сдержать смех.

— Ну, это ещё ничего, — подмигнул он. — Один раз я пригласил на танец одну даму, думая, что это моя знакомая, а оказалось, что это её мать. Она, конечно, была польщена, но я чувствовал себя идиотом…

Я смеялась так, что у меня заболели щёки. Общение с копией моего друга настолько расслабило, что я почти забыла обо всех проблемах.

— Тебе идёт улыбка, Джули, — сказал Михаэль вдруг, меняя тон на мягкий и приглушенный. — Она делает тебя живой. Здесь так редко можно увидеть живые лица…

Я смутилась, но постаралась скрыть это. Улыбка сама по себе исчезла, а лёгкое тепло в груди сменилось настороженностью.

— Ты так редко улыбаешься, — продолжил он, уже серьёзнее. — Это всё из-за Ромео?

Я напряглась.

— Михаэль… — начала я, но он перебил меня:

— Нет, правда, Джули. Как тебе живётся с ним? Он не обижает тебя?

Я старалась говорить спокойно, без эмоций:

— Всё нормально. Мы ладим, насколько это возможно.

Но Михаэль не отставал.

— Нормально? — переспросил он с сомнением в голосе. — Ты выглядишь так, будто несёшь на себе непосильный груз…