Книга Развод с драконом. Я исцелю твой род без тебя, страница 89 – Алекс Скай

Стражи увели её.

Не под крики. Не под проклятия. Под тяжёлое молчание зала, где слишком многие боялись признать, что облегчение от её ухода смешано со стыдом за собственную покорность.

Илария подошла к Эвелине уже после того, как Советники начали расходиться к боковым столам, где писцы торопливо переписывали постановления. На ней больше не было серебряного платья невесты. Вернее, платье было тем же, но теперь казалось чужим, как роль, из которой она наконец вышла и ещё не успела снять костюм.

— Госпожа Белая Ива, — сказала она.

Лира выглянула из-за руки Эвелины с настороженным любопытством. Рен посмотрел на Иларию так, будто заранее решил не доверять никому в красивых рукавах.

Эвелина кивнула.

— Леди Вейр.

Илария слабо улыбнулась.

— Я уезжаю сегодня. Мой род уже прислал карету. Думаю, они хотят спрятать меня прежде, чем кто-то спросит, что я знала.

— А что вы знали?

Вопрос прозвучал не жёстко, но без мягкости.

Илария опустила глаза.

— Меньше, чем должна была узнать. Больше, чем имела право игнорировать.

Эвелина не стала помогать ей оправданиями.

Иногда самым честным ответом было молчание.

Илария сжала пальцы.

— Мне говорили, что вы холодны. Что вы хотите власти. Что вы держите Каэля брачной клятвой, а Дом Арданов — слабостью. Я поверила не потому, что доказательства были сильны. А потому, что мне было удобно верить. Если вы были виноваты, значит, я не была дурной, соглашаясь занять ваше место.

— И теперь? — спросила Эвелина.

Илария подняла взгляд.

— Теперь я не хочу занимать чужое место. Даже если моё ещё придётся искать с нуля.

Рядом Мира тихо сказала:

— Неплохое начало. Главное — не искать его в чужой спальне, чужом роде и чужой жизни.

— Мира, — устало произнесла Эвелина.

— Что? Я сказала кратко.

Илария неожиданно рассмеялась. Смех был короткий, неровный, почти детский. Потом она прикрыла рот ладонью, и в её глазах выступили слёзы.

— Я заслужила хуже.

— Не просите у меня наказания, — сказала Эвелина. — Это тоже способ переложить ответственность. Живите так, чтобы однажды вам самой не было стыдно смотреть на свой герб.

Илария кивнула.

Потом вдруг сделала то, чего Эвелина не ожидала: сняла с запястья тонкий серебряный браслет с гербом Вейров и протянула Лире.

Лира не взяла.

Илария опустила руку.

— Простите. Я не подумала. Опять подарок сверху вниз.

Лира внимательно посмотрела на неё.

— А зачем вы хотели дать?

— Потому что… — Илария запнулась. — Потому что мне хотелось сделать хоть что-то доброе, а я не знаю, как, если это нельзя красиво оформить.

Рен фыркнул громче.

— Можно просто не быть гадкой.

— Рен, — сказала его мать.

— Что? Это полезный совет.

Илария вдруг кивнула ему с такой серьёзностью, что мальчик растерялся.

— Спасибо. Я постараюсь.

Лира немного подумала и сказала:

— Браслет оставьте себе. Чтобы помнить.

Илария сжала серебро в ладони.

— Да. Наверное, так честнее.

Она поклонилась Эвелине. Не низко, не униженно. Просто признала.

— Я надеюсь, Дом Белой Ивы выдержит всё, что на него теперь обрушится.

— Мы тоже, — сухо сказала Мира.

Эвелина посмотрела на управляющую.

— Оптимизм у тебя всегда вдохновляющий.

— Я практична. Вдохновение пусть Савер носит ведрами, у него спина молодая.

Илария ушла, не оборачиваясь.

Каэль стоял у раскрытой арки и смотрел ей вслед. В его лице не было ни сожаления, ни облегчения — только усталое понимание того, сколько людей было втянуто в чужую игру, и как поздно он начал отличать собственный выбор от материнских решений.