Книга Развод с драконом. Я исцелю твой род без тебя, страница 81 – Алекс Скай

Не «вернись, чтобы спасти».

Не «ты должна, потому что была моей женой».

Не «сделай это для рода».

Он поставил на круг себя.

И не сделал из этого просьбу о прощении.

Лира, стоявшая за ним, всхлипнула:

— Нет. Вы же обещали быть отцом.

Каэль обернулся к ней.

И вот здесь, в самой страшной точке, Эвелина увидела, что ему действительно больно. Не от знака. Не от силы. От того, что ребёнок боится снова потерять взрослого, который только начал становиться надёжным.

— Быть отцом, — сказал он глухо, — не значит всегда оставаться сильным. Иногда значит не прятаться, когда платить должен ты.

— Но если вы исчезнете из клятвы? — Лира шагнула к нему. — Тогда кто будет помнить?

Каэль медленно опустился перед ней на одно колено.

— Ты.

Лира замотала головой.

— Я маленькая.

— Да. Поэтому тебе не придётся одной.

Он посмотрел на Эвелину.

Не призывая. Не заставляя. Просто признавая: дальше решает она.

Эвелина закрыла глаза.

Голоса давили. Камень дрожал. Где-то далеко, в видении крылатого алтаря, дети в башне жались друг к другу, а над ними осыпался тёмный потолок. Совет был полон людей, которые десятилетиями прятались за правилами. Селеста держала себя прямо, как статуя, готовая упасть только вместе с храмом.

И рядом стоял Каэль.

Бывший муж.

Виновный.

Не прощённый.

Но уже не прячущийся.

Эвелина открыла глаза.

— Нет, — сказала она.

Каэль побледнел.

— Эвелина…

— Твою силу они возьмут и назовут это искуплением. Твоё имя заберут и скажут, что род очищен. Титул снимут — и старшие дома найдут нового главу, такого же удобного, как прежняя ложь. Нет.

Она повернулась к кругу.

Чёрный свет поднялся выше, будто рассерженный отказом.

— Я не буду исцелять род через новую жертву. Ни свою. Ни твою. Ни детскую.

— Тогда как? — хрипло спросил лорд Марвен.

Эвелина посмотрела на имена, мерцающие на древнем гербе.

— Через признание.

Селеста рассмеялась.

Коротко.

Сухо.

— Словами? Ты остановишь разрушение замка словами?

— Нет, — ответила Эвелина. — Не словами. Выбором.

Она шагнула в круг.

Каэль дёрнулся было за ней, но остановился сам. Это было маленькое движение. Почти незаметное на фоне дрожащего зала, криков, тьмы, гудящих каменных драконов. Но для Эвелины оно значило больше, чем любое обещание.

Он хотел пойти рядом.

И позволил ей войти одной.

— Лира, — позвала Эвелина.

Девочка сразу подняла голову.

— Я с вами.

— Только если сама хочешь.

— Хочу.

— Тебе будет страшно.

— Уже страшно, — сказала Лира, повторяя свои слова из прошлой главы, но теперь в них было больше решимости, чем дрожи.

Эвелина кивнула.

— Тогда иди.

Лира вошла в круг и встала рядом. Не за её спиной. Рядом. Маленькая рука сама нашла ладонь Эвелины, и та сжала её осторожно, не слишком крепко. Ребёнок не якорь для чужой силы. Не ключ. Не печать. Просто ребёнок, который имеет право быть названным.

Рен шагнул следом.

— Я тоже.

Мира резко выдохнула:

— Рен.

Мальчик обернулся.

— Если там будут имена детей, я хочу, чтобы они видели не только взрослых.

Эвелина посмотрела на него. Его крылья дрожали, но сияли ровно.

— Встань у края круга. Не в центре.

— Почему?

— Потому что храбрость не обязана быть безрассудной.

Он подумал, кивнул и встал у линии света.

За ним подошли Эна и Лисс, держась за руки. Маленький Тарен шагнул вперёд, потом испугался и спрятался за Брину. Брина тут же подтолкнула его не в круг, а к себе под бок.