Книга Пуля многое переворачивает в голове, страница 4 – Александр Горохов

Господи, как же я рад его видеть! Утро 10 апреля 1983 года, когда братишка явился ко мне в общагу со страшной вестью, стало для меня гранью, разделившей жизнь до и после. И чего мне стоило месяц ходить из заповедника на старый вокзал, перешагивая через следы крови моего отца на обочине дороги. Он с другом накануне вечером возвращался с рыбалки, когда пьяный мотоциклист решил «понтануться» перед девицей на заднем сиденье, пролетев в считанных сантиметрах от идущих вдоль встречной полосы мужиков. Понтанулся, бляха! Отец в морге, он сам лишился глаза и сел на семь лет, беременная девица получила сотрясение мозга. Но до того дня ещё целых пять лет, и я сделаю всё, чтобы мой папа в тот вечер не оказался на том месте!

— Не надо с этим тянуть. Купи мне билет «Спортлото» 6 на 49, я заполню. Будут у нас деньги и с долгами расплатиться, и тебе в Москве пожить. Только маме не забудь телеграмму отбить, что я уже нормально себя чувствую.

Выигрышные номера за все розыгрыши 1978 года я специально вызубрил, так что в ближайший из них мой билет выиграет около тысячи рублей. Сразу привлекать к себе внимание «главным призом» не хочу, но тысяча — тоже огромные деньги.

— А ты точно себя хорошо чувствуешь? — насторожился папа.

Ну, да. Взял сынуля четырнадцатилетний и объявил, что непременно его билет будет выигрышным.

— Точно. И в голове у меня никакие лишние тараканы не завелись. Тем более, чем ты, кроме шестидесяти копеек, рискуешь?

Доктор не рекомендовал меня расстраивать, поэтому отец предпочёл смолчать.

— Изменился ты…

— Я знаю. Ты же слышал, что говорил Станислав Эдуардович: у меня может несколько измениться личность. И не буду скрывать: она действительно изменилась. Читал я где-то, что пуля многое переворачивает в голове, даже если попала в задницу. А мне она не в задницу попала, а как раз в башку.

«Подставил» меня генерал под какую-то бандитскую разборку, в ходе которой жертва покушения отстреливался от пытающихся «кончить» его «коллег». В кого-то из нападавших промахнулся, а в мою голову — нет. Пистолет малокалиберный, 6,5 с чем-то миллиметров, расстояние достаточно большое, чтобы пуля успела потерять убойную силу, вот и хватило её только на мою черепную кость и твёрдую оболочку мозга. До сих пор не знаю, чем дело для уголовничков закончилось. Милицию, конечно, взуют за то, что допустила не просто стрельбу преступников в людном месте, но и тяжёлое ранение несовершеннолетнего. Так что вы, ребята, меня простите: так было нужно!

— И Зинаиде Корниловне телеграмму пошли о том, что я выздоравливаю. Она же, наверное, уже себя загрызла из-за меня. Не виноватая она ни в чём. Напиши, что беспокоюсь из-за её здоровья.

А билет он мне принёс. И я его заполнил «как надо». До нашего отъезда он вряд ли успеет получить выигрыш. Ничего, в Миассе получит! Заодно и компенсация будет за то, что на заводе столько времени «прогулял».

В Институте Сербского меня мурыжили целую неделю. И уж эти психиатрические «зубры» живенько выявили то, что личность моя таки поменялась: ну, не походят рассуждения пациента на лепет четырнадцатилетнего пацана. Правильная, грамотная речь взрослого человека, очень логичные рассуждения, глубокие выводы. В общем, то, чем я отличался в прежней жизни, перевалив за шесть десятков лет. А в добавок к этому — частичная амнезия. Или, говоря словами Доцента из «Джентльменов удачи», «тут помню, а тут не помню», что заметил и отец. Например, совершенно не помню, что происходило там, на привокзальной площади перед выстрелом. «В прошлой жизни» ничего подобного со мной не случилось, поэтому никаких воспоминаний не осталось, а в этой — сознание перенеслось в те самые двенадцать-пятнадцать минут, пока я лежал без памяти, уже после случившегося.