Книга Рассвет Элларии, страница 174 – Джулия Фокс

— Ты меня сейчас даже не слушаешь!

— Я очень внимательно тебя слушаю, Лер.

— Нет!

— Да.

— Нет, не слушаешь!

— Я слушаю тебя, Валерия, — я отложила дневник в сторону. — И спорю только потому, что ты сама сияешь и улыбаешься каждый раз, когда так эмоционально о нём рассказываешь.

Валерия замолчала на полуслове. Её щёки тут же залил яркий румянец. Я хищно усмехнулась.

— Замолчи, Даниэлла.

— Никогда.

— Дани! Ты просто отвратительный, коварный человек, — буркнула она, бросаясь к постели.

— Зато я чертовски наблюдательная подруга.

* * *

Спустя ещё неделю наш дворец снова погрузился в привычное политическое безумие из-за прибытия иностранной делегации. Однако в этот раз даже прожжённые сплетники выглядели озадаченными: Южный Миридан никогда не входил в состав Союза. Мы изредка вели с ними торговлю, но официальных визитов ещё не бывало.

Я стояла рядом с мамой на парадной мраморной лестнице, наблюдая, как через распахнутые ворота въезжает процессия. Солнце слепило глаза, играя на позолоте карет. Кавалькада выглядела богато: матовое золото на упряжи, бордовый шёлк знамён и полированный обсидиан.

— А они не умеют скромничать, — тихо заметил Юлиан, сделав шаг ко мне.

— Это не просто нескромность. Это демонстрация силы, — отозвалась я.

Из центральной кареты вышла женщина — высокая, с густыми тёмными волосами и безупречной осанкой. Самая обычная холёная аристократка, уверенная в своём статусе.

— Специальный посланник, леди Линора из Южного Миридана! — зычно объявил кто-то из глашатаев.

Южанка плавно поднялась по ступеням, шурша шёлковыми юбками.

— Верховный Председатель, — Линора мягко склонила голову перед моей матерью, и её голос лился как густой сироп. — Элларон прекрасен, как нам и говорили.

— Добро пожаловать, леди Линора, — вежливо ответила мама. — Надеюсь, долгое путешествие вас не слишком утомило.

Гостья обменялась короткими любезностями с отцом, вежливо кивнула застывшим рядом придворным, а затем перевела взгляд прямо на меня. Её улыбка показалась мне чересчур открытой, словно она встретила старую знакомую.

— Даниэлла, — произнесла она чарующим голосом.

— Леди Линора. Рада приветствовать вас в нашей столице Союза.

Она всматривалась в моё лицо несколько мгновений, а затем, чуть наклонив голову, совершенно буднично спросила:

— А где же ваш ребёнок?

— Простите?

Линора выглядела искренне удивлённой, в её глазах мелькнула растерянность.

— Ваш ребёнок, — терпеливо, чуть громче повторила она. — Я из весьма надёжных источников слышала, что вы уже благополучно родили.

Я открыла рот и закрыла, не находя, что ответить. Южанка смотрела на меня абсолютно серьёзно, без тени светской издёвки или политической шутки. Холодный пот выступил на ладонях; я вспомнила Лео, наше расставание, и внутри всё болезненно сжалось от дикости этого вопроса.

— Боюсь, леди Линора, вас бесстыдно ввели в глубокое заблуждение, — через силу выдавила я. — У меня нет детей.

— Любопытно... Значит, мои люди сообщили мне неверные, преждевременные сведения, — произнесла она безразличным тоном, будто мы обсуждали ошибку в прогнозе погоды.

После она лучезарно улыбнулась маме и как ни в чём не бывало перевела разговор на обсуждение дорожных квот.

К вечеру дворец зашумел. Большой дипломатический ужин в главном зале начался строго по расписанию.