Книга Хозяйка Фамильяров, страница 24 – Тори Блэквуд

— Ты стащил мою заколку!

— Она лежала без дела!

— Это моя любимая заколка!

— Теперь она часть моей сокровищницы. Это большая честь для неё.

Я схватила заколку. Ксандер зашипел, натурально зашипел, как рассерженный гусь. Его глаза вспыхнули, из ноздрей повалил дым.

— Положи на место!

— Это. Моё.

— Ты мой источник. Значит, все твои вещи - тоже мои.

— Это так не работает!

— У драконов работает именно так.

Мы сверлили друг друга взглядами. Я с заколкой в руке. Он надутый, дымящийся, с хвостом, который метался из стороны в сторону. Пауза затягивалась. А потом я рассмеялась. Потому что сцена была абсурдной до невозможности: я, взрослая женщина, спорю с тридцатисантиметровым ящером из-за заколки.

— Ладно, — сдалась я. — Оставь заколку. Но кристаллы верни. Они мне нужны для практикума.

Ксандер подумал.

— Согласен. Кристаллы тебе. Заколка, скрепка и пуговица мне. Монетка в совместное пользование.

— Совместное пользование?

— Ты можешь иногда приходить и любоваться ею.

Я закатила глаза, но улыбнулась. Спорить с ним было бесполезно. Драконья жадность, помноженная на двухтысячелетний опыт ведения переговоров, делала его непобедимым оппонентом.

— Договорились, — я вернула заколку на место. — Но если пропадёт что-то ещё, пеняй на себя.

— Угроза принята к сведению, — чинно ответил он и тут же начал перекладывать свои сокровища, словно проверяя, не тронула ли я что-то ещё.

Я отошла и села за стол. Настроение, несмотря на всё, было хорошим. Да, он был невыносим. Да, он воровал мои вещи. Да, он критиковал мою еду, мою одежду и мои конспекты. Но с ним в квартире больше не было тихо. И не было одиноко.

Одиночество, вот что преследовало меня последние годы. Одиночество в толпе студентов. Одиночество на лекциях, где все вокруг что-то обсуждали, а я сидела в углу с книгой. Одиночество дома, где меня ждали только пыльные книги и остывший чай.

Теперь меня ждал он. Маленький, наглый, блестящий, ворчливый. И почему-то этого было достаточно.

Я достала конспекты и попыталась сосредоточиться на рунах. Пересдача через пять дней. Нужно было готовиться. Но мысли всё время возвращались к другому.

К следующему сеансу. К его обещанию «частичной трансформации». К тому, что он сказал о моей фигуре. О том, что я красивая.

— Ксандер? — позвала я, не оборачиваясь.

— М-м?

— Спасибо. За то, что сказал. Ну... про фигуру.

Тишина. Потом тихое, почти смущённое:

— Пожалуйста. Но это всё равно правда.

Я улыбнулась и уткнулась в конспекты. За окном снова начинался дождь. Где-то на полке Ксандер перекладывал свои сокровища. В комнате пахло чаем с жасмином.

И впервые за долгое время я чувствовала себя... дома.

*****

Ночью мне не спалось.

Я лежала и смотрела в потолок, слушая размеренное дыхание Ксандера. Он спал в своей коробке, нет, уже не в коробке. После третьего сеанса он перебрался на подушку рядом со мной, мотивируя это тем, что «коробка для плебеев». Теперь он сворачивался клубком на краю подушки, накрывшись кончиком собственного хвоста, и тихо светился в темноте. Сейчас его свечение было ровным, приглушённым, как ночник с регулятором яркости.

Я смотрела на него и думала.

О том, как странно повернулась жизнь. О том, что ещё две недели назад я была одна. О том, что теперь в моей квартире живёт дракон. О том, что этот дракон питается моими оргазмами и коллекционирует мои заколки.