Книга Замуж за дракона. Случайная жена повелителя, страница 37 – Дина Нежина

Он смотрит на меня снизу вверх, и в его глазах нет ни слабости, ни тумана смерти — только раздражающая, почти мальчишеская насмешка.

— Ну и что ты планируешь делать? — повторяет он тише, и пальцы на моей спине сжимаются крепче.

До меня не сразу доходит, что происходит. Несколько секунд я просто смотрю в эти золотистые глаза, пытаясь совместить их с тем неподвижным лицом, которое только что казалось мне практически мёртвым. А потом внутри что-то рвётся.

— Ты! — Ору я что было сил, голос срывается. — Ты… издеваешься надо мной?

Он чуть приподнимает бровь.

— Я лежал без движения, а ты внезапно оказываешься на мне верхом, — спокойно замечает он. — У меня были основания насторожиться.

— Насторожиться?! — шиплю я. — Я думала, ты умер! Или по крайней мере при смерти!

Облегчение, которое накрывает меня, мгновенно превращается в злость. Глупую, горячую ярость. Я со всей силы толкаю его в грудь. Он морщится теперь уже кажется, по-настоящему, и я запоздало вспоминаю про рану не его боку. Но тут же злюсь ещё сильнее, не могу больше ему верить, вдруг он опять разыгрывает меня.

— Не смей так делать! — выдыхаю я. — Не смей… так пугать меня!

— Я никого не пугал, — сухо отвечает он, но в глубине его золотистых глаз вспыхивают и гаснут огни, и я их точно вижу, несмотря на его слова, утверждающие обратное: — Я спал.

— Ты не дышал!

— Дышал.

— Нет!

Я снова хватаю его за рубашку, забыв о том, что ещё минуту назад плакала, умоляла его не умирать. Руки сами находят его шею, и я, не особо думая, сжимаю пальцы.

— Вот сейчас я тебя действительно придушу!

Он перехватывает мои запястья мгновенно, легко, будто я какой-то котёнок, решивший напасть на льва. Его ладони горячие, сильные, он держит меня будто играючи, хотя я пытаюсь вырваться изо всех сил. Но, кажется, делаю только хуже своими хаотичными дерганьями.

— Осторожнее, будущая жена, — тихо произносит он, глядя на меня снизу вверх. — Ты слишком близко подобралась к раненому дракону.

— Да мне всё равно! — рычу я в ярости, которой нет выхода, — Ты! ты… Я вернулась. Я… я думала, что ты умер. Я почти… я…

Слова обрываются. Потому что в этот момент до меня доходит.

— Ты проснулся раньше, — медленно говорю я, внимательно глядя в его лицо, — Ты знал.

Он молчит, но как-то слишком красноречиво, так что я окончательно понимаю.

— Ты видел, что меня нет.

Он лишь слегка прикрывает глаза в знак согласия, перед тем как сознаться:

— Видел, — отвечает он совершенно расслаблено, пожимает плечами, словно недоумевает, а что в этом такого.

— И ты… — я сглатываю. — Ты дал мне уйти.

— Я хотел знать, — говорит он серьезно наконец, уже без насмешки. — Вернёшься ли ты.

— Ты… проверял меня? — выдыхаю я.

— Меня пытались убить сегодня, — спокойно отвечает он. — В моём замке. Из-за тебя. Или ради тебя. Разница невелика. Я должен знать, кто рядом со мной

— А я должна знать, что меня не отдадут в жертву, когда придёт время, — резко отвечаю я.

Он замирает и хмурится, пытаясь разглядеть по моему лицу, что значат мои слова.

А я чувствую, как в груди поднимается всё сразу: мой недавний сон, страх, предательство Лиры, костёр, толпа, чужой мир. Весь этот тугой клубок словно разваливается на мелкие части, не в силах больше держаться. Превращается в слезы, которые тут же наполняют мои глаза.