Книга Целительница для бывшего мужа-дракона, страница 83 – Рия Адри

Но я уже знала.

Калиста.

Я смотрела на больничный пропуск и не сразу понимала, как держать его в руках.

Карточка была маленькой, пластиковой, с закруглёнными краями. В этом мире такие вещи выглядели невозможностью. Слишком гладкая поверхность. Чёрная магнитная полоска. Потёртый угол. Синяя печать больницы, которую я узнала раньше, чем успела вдохнуть.

Моё настоящее имя.

Фамилия.

Дата рождения.

И строчка мелким шрифтом: «Посетитель: отделение реанимации, палата 407».

Я сидела в карете напротив Мары, а дорога под колёсами вдруг стала зыбкой. Не от тряски. От того, что в ладонях лежал кусок моей прежней жизни. Не сон, не видение, не золотая приманка Малхара. Вещь. Настоящая. Из пластика. С запахом пыли и больничного спирта, который я ощутила, когда поднесла карточку ближе.

Мара смотрела на меня, не задавая вопросов. Умница. В её лице было столько тревоги, что мне захотелось успокоить её, но слова застряли.

Тирн стоял у открытой дверцы кареты, держа мальчишку-посыльного за плечо. Мальчик дрожал всем телом. Худой, грязный, лет двенадцати, с обветренными губами и испуганными глазами.

— Кто дал? — спросил Тирн.

— Женщина, господин, — выдохнул мальчик. — Красивая. В капюшоне. Сказала отдать леди Лине. Сказала, если не отдам, мама ослепнет.

Лаурис, сидевшая рядом со мной, протянула руку.

— Позвольте посмотреть.

Я отдала записку, но пропуск оставить не смогла. Пальцы сомкнулись на нём сами.

Судья прочла. Лицо её стало жёстче.

— Это прямое принуждение свидетеля. И угроза человеку за пределами этого мира.

— Ваш закон умеет защищать людей за пределами этого мира? — спросила я.

Лаурис не обиделась. Она сложила записку аккуратно, по сгибам.

— Нет. Но умеет фиксировать преступления тех, кто угрожает.

— Преступления фиксируют мёртвым тоже.

Мой голос прозвучал глухо. Я услышала это и заставила себя выпрямиться. Нельзя падать в панику. Паника делает из человека удобную ручку, за которую его ведут куда хотят.

Калиста хотела, чтобы я сорвалась. Чтобы приказала разворачивать карету. Чтобы скрыла записку от Тирна, от Лаурис, от Арвена. Чтобы осталась одна перед её условиями.

Значит, нельзя делать ничего из этого.

— Капитан, — сказала я, — мальчика отпустите. Но сначала пусть скажет, где видел женщину.

Тирн кивнул.

Мальчик рассказал быстро, сбивчиво: у старого моста, под ивой, рядом с телегой торговца углём. Женщина дала ему серебряную монету и конверт. Голоса он не запомнил, лица тоже. Только перчатки — зелёные, с вышитым золотом у запястий.

Калиста любила красивые детали. Даже в угрозах.

Тирн отпустил мальчика, велев одному из всадников проводить его до деревни. Потом вернулся к карете.

— Разворачиваемся к замку.

— Нет.

Он посмотрел на меня так, будто заранее устал спорить.

— Леди Лина, это касается лорда Рейса.

— Именно поэтому вы отправите ему копию записки и описание пропуска. Но мы едем дальше.

— Если Калиста держит путь к вашему миру…

— Она хочет выманить меня в поместье Саан. Если я сейчас вернусь в замок, Малхар выиграет время, Калиста скроется глубже, а нейтральный суд так и не увидит документы.

— Если вы поедете к Саан без лорда, она попытается забрать вас.

— Я прочла записку. Там сказано «через семь дней». У нас есть время добраться до храма и зафиксировать угрозу.