Книга Небесный город, страница 68 – Критика Рао

— Мне так жаль, мне ужасно жаль, – говорил он. – Я приехал как только смог.

— Я… я просила его уйти, – выговорила Ахилья между судорожными рыданиями.

— Я знаю.

— Он… он изучал разум… Он собирался влиять на жизнь каждого.

— Я знаю, – Дхрув крепче обнял ее за плечи.

— Он… он оказался там… из-за… из-за меня.

Дхрув со вздохом поднес к ее губам глиняную чашу с водой. Ахилья поперхнулась, пытаясь пить. Она не принесла назад даже тело. Отцам Оама нечего было вернуть Накшару, нечего было положить в камеру утилизации – не осталось ничего, что могло бы пустить корни и снова расцвести как символическое продолжение жизни Оама. В конце концов его отцы просто бросили в землю одежду Оама. Его похороны прошли быстро и незатейливо. Ахилья надеялась, что ему все же удастся переродиться в лучших обстоятельствах. Она вытерла лицо рукавом. В ее сознании поселилось горе, став постоянным спутником, и она немного поникла под его тяжестью. Она знала, что нужно быть терпеливой. Что оно ударит, как только она отвернется.

Рыдания стали реже, сменились икотой. А потом на Ахилью навалилась бесконечная пустота.

— Я отправлял тебе сообщения… Ты не ответила… – начал Дхрув через некоторое время. – Ты была одна все это время?

Ахилья покачала головой. Она видела эти сообщения, но ей было нечего сказать. Тарья приходила к ней каждый день с Артом и Кушем и не хотела уходить, пока Ахилья не попросила оставить ее в покое. Рассказывала ли ей Бхарави о том, что произошло в храме? О том, что сделал Ираван? У Ахильи не было сил задавать все эти вопросы.

— Теперь это твоя ниша? – спросил Дхрув. – Ты здесь работаешь?

Она кивнула.

— Хороший выбор.

Дхрув протянул руку. В ответ на его желание в стене появилось окно, открывая вид на грязное поле.

— Вон там появится одна из игровых площадок. Ты сможешь наблюдать, как она растет. Это из архивного плана, скопированного с проектов многолетней давности.

Ахилья знала это. Она узнала эту нишу в ту самую минуту, когда та появилась. Однажды она провела много времени в точно такой же нише, набрасывая теории о земной ярости. Когда же это было? Тогда она была другим человеком и жила другой жизнью.

Дхрув опустил руку, и листья снова выросли, закрыв окно.

— В лаборатории царит хаос. Все наши системы тормозят и виснут. Сначала пришлось запитать критически важные здания – санктум, Академию архитекторов и их дома. Архитекторы в шоке. Они потеряли много жизненно важных растений, которые нужно выращивать с нуля. Но уже скоро мы начнем снабжать энергией общественные пространства и помещения граждан.

Он отдернул руку и прочистил горло. Ахилья осторожно взглянула на него, горе в ее сознании нарастало.

— Прости, – неловко сказал он. – Ужасно не хочется тебя спрашивать, но мне нужно знать. Мое оборудование… Ты его… потеряла в джунглях?

Ахилья прижала ладони к глазам. Она потратила драгоценные секунды, пытаясь найти сумку. А Оам нашел ее и закинул себе на плечи. Он рисковал собой ради нее. Вместе с сумкой исчезли и ее шансы на должность советника, но все это больше не имело значения. Оказалось, что никакая она не умница, она вообще неумела думать. Она ничего не ответила, но Дхрув понял.

— Ох ты ж, гнев и ярость, – выругался он, снимая очки и массируя пальцами переносицу.