Книга Небесный город, страница 46 – Критика Рао

Она в изумлении уставилась на траву. О чем это он? Ведь Накшар приземлился, и она приняла все меры предосторожности, прежде чем отправиться в джунгли.

Она вдруг почувствовала, как земля задрожала сквозь мох, и эта дрожь гулким эхом отозвалась в сердце. Глаза Ахильи расширились, а челюсть отвисла.

Ярость земли.

Рядом жалобно застонал Оам, пытаясь подняться, но ноги у него разъезжались на скользком, влажно чавкающем мхе.

— Этого не может быть, – сказала Ахилья, даже когда начала сползать с мха. – Сигнал оповещения от Накшара, он должен был…

Еще один толчок, на этот раз более громкий и глубокий, пророкотал по лесной подстилке. Якша-слон взревел, и его рев на таком близком расстоянии оглушал. В ушах зазвенело, якша поднял голову и понесся на Ахилью, она закричала, упала, поскользнувшись, и отползла назад. Животное едва не задело мох, на котором она стояла. Она почувствовала порыв ветра, когда якша исчез за деревьями. Спотыкаясь, она встала, инстинктивно отряхнула одежду. Рука коснулась бедра. Она моргнула, глядя на свою руку, и поняла, что потеряла сумку.

Ахилья уставилась на пустую руку, когда дрожь утихла.

— Ахилья, гнев и ярость, иди ко мне,сейчас же.

— Я потеряла сумку, – крикнула она в ответ.

Она скатилась со мха, оглядывая все вокруг, крутилась в разные стороны, пиная кусты и лианы. Где она ее потеряла?Где?

— У нас нет времени. Надвигается ярость земли. Это были первые толчки.

— Там все гелиотехническое оборудование Дхрува! – закричала она. – Все данные, которые я только что собрала. Я не могу все это бросить.

— Я вижу ее, вижу, – крикнул Оам.

Он изменил направление и побежал туда, где был якша, взвалил сумку на плечи и помчался обратно к Иравану.

Джунгли уже бушевали.

Ахилья потеряла равновесие. Зрение у нее затуманилось.

— Ахилья, БЫСТРО КО МНЕ,СЕЙЧАС ЖЕ.

Ахилья взглянула вниз, но кора уже крепко зажала ей ноги. Она боролась изо всех сил, но это не помогало.

Ее взгляд упал на мужа. Ираван представлял собой сине-зеленый силуэт. Он создал вокруг себя и Оама сферу-гнездо из ветвей, но они находились почти в пятидесяти футах от нее. Слезы затуманили ей зрение. Джунгли вздымались и трещали.

И тогда она поняла, что ей ни за что не выбраться. И они умрут там из-за нее. Она обещала Оаму, что будет беречь его, но потерпела крах как руководитель экспедиции. Их голоса доносились до нее издалека, но сейчас она слышала только одно – презрение Тарьи к ее выбору. Сестра была права. Вот к чему это привело. Это ее вина.

— Уходите, – прошептала она.

— Вставай, – прорычал Ираван. – Вставай.

— Ираван, уходите. Пожалуйста, просто забери его и уходите.

— Ахилья, давай, – пронзительно закричал Оам. – Хватай мачете, руби кору. Ну давай же!

Дрожащими руками Ахилья нащупала мачете, висевший на ремнях ее снаряжения, и начала рубить кору, та замедлила рост. Краем глаза она увидела, как Ираван протянул к ней кулак. Он контролировал рост коры, отвлекся, и это дорого ему стоило. Гигантская ветка, словно копье, вонзилась в гнездо. Оам вскрикнул, съежившись, но гнездо выдержало.

— Мне не выбраться, – прохрипела она, когда земля под ней снова затряслась. – Уходите, пожалуйста. Вы должны уйти. Сбереги его. Простоуходите.

— НЕТ! – взревел Ираван. – Вставай же, гнев и ярость.