Книга Небесный город, страница 206 – Критика Рао

— Мне необходимо это сделать, – прошептала она. – Ради Иравана. Ради себя. Пожалуйста.

Тарья ничего не ответила. Она просто отвернулась, плечи у нее поникли, тело задрожало, и Ахилья признала слабость собственных аргументов. Ираван, скорее всего, был мертв. Она рассказала Тарье, что произошло, что его утащил якша и что шансы найти его чрезвычайно малы. Ахилья практически слышала мысли сестры, думавшей, что это лишь болезненное оправдание. Получалось, что Тарью рано или поздно покидали все. А теперь к ним собиралась присоединиться и Ахилья, как бы она это ни оправдывала. Ни во что другое Тарья верить не хотела, и в этот момент у Ахильи не было слов, чтобы разубедить ее.

Она поцеловала спящих Арта и Куша, обняла неподвижную Тарью, а затем ушла из лазарета, пока у нее не сдали нервы. На плечи давила сумка с едой и водой, точно такая же, как та, что она брала с собой в экспедиции. В голове снова и снова звучали слова Дхрува. Неужели она на самом деле так использовала людей? Потворствовала собственному эгоизму? Айрав, должно быть, знал, что она не отступит. Старший архитектор почти не спорил с ней; он былпочти уверен, что она сделает то, что сделала. Ахилья крепче прижала к себе руку в гипсе, и в горле у нее горело от жгучего стыда. Лифт пронес ее вверх через весь безмолвный, умирающий ашрам.

Она сошла на единственной оставшейся террасе на крыше Накшара. На нее сразу же напал ветер, разметав волосы, пробирая до костей. Маленькая круглая терраса была похожа на пещеру, с одной стороны открытую небу, но с другой покрытую твердой корой. По небу скользили плотные серые облака, скрываясь вдали. Сквозь туман прорывались последние лучи угасающего солнца. Ахилью охватило головокружение, и она в ужасе качнулась на ногах. Целую долгую секунду она была не в состоянии пошевелиться, у нее перехватило дыхание. Что она наделала? Она ведь не была героем. Она была никем. Но затем из-за угла ей махнул Дхрув, и менять решение было уже поздно.

Гелиотехнолог возился с силовым полем прочного стеклянного ларца смерти, внутри которого трепетал крошечный листик спираль-травы, зеленый, похожий на луковицу. Когда она подошла, Дхрув, не глядя на нее, указал на кучу гелиотехнического оборудования.

— Я тут кое-что припас для тебя.

Ахилья опустилась на колени и стала перебирать приборы и снаряжение: наручный компас, два мотка веревки, складные лопаты, мачете, телескоп, абсолютно новый гелиопланшет и – она увидела его – дубликат трекера якши-слона в виде ожерелья. От волнения у нее перехватило горло. Поверхность трекера была гладкой, как стекло. Он тихо звякнул, и далеко на востоке, погруженном во тьму вдали от заходящего солнца, замигала красная точка. Ираван.

— Спасибо, – прошептала она, надевая ожерелье на шею и убирая все прочее в сумку.

Дверь лифта, через которую она вошла, открылась, и появился Айрав. Когда он подошел к ней, то снял несколько браслетов и ожерелий из бусин рудракши и протянул ей.

— Я не архитектор, – сказала она.

— В них содержатся разрешения на случай чрезвычайных ситуаций, – произнес Айрав. – Для управления вашим летательным аппаратом, неболетом, и манипулирования растениями внутри. Если все будет хорошо работать от аккумулятора, то разрешения будут функционировать одновременно с неболетом, как если бы вы находились в миниатюрном Накшаре.