Книга Обратный отсчет Хаоса, страница 40 – Анна Каляда

— Иди, я догоню. Хочу ещё пару минут посидеть в тишине.

Лотти кивнула и выскользнула за дверь. Я осталась одна. Подошла к окну, посмотрела на тёмные башни Ноксхейма, подсвеченные факелами, и вдруг поймала в стекле чужой взгляд.

На углу Западного крыла сидела гаргулья. Она смотрела прямо на меня и держала в клюве что-то белое — то ли цветок, то ли клочок бумаги. Потом развернулась и скользнула в ночь.

Я смотрела ей вслед и чувствовала, как метка на груди пульсирует в такт сердцу. Богиня напоминала о себе. Или предупреждала.

Я поправила шаль и вышла в коридор. Впереди был бал.

Глава 10. Зимний бал

Большой зал Ноксхейма было не узнать.

Высокие своды, обычно тонущие в полумраке, сияли сотнями магических огней — они плыли под потолком, как стая светлячков, отбрасывая на каменные стены мягкое золотистое сияние. Колонны обвили гирляндами из вечнозелёного плюща и серебряных лент, и от них исходил тонкий хвойный аромат, смешанный с запахом воска и духов. В центре зала, где обычно стояли дубовые столы, теперь расстилался натёртый до зеркального блеска паркет, в котором отражались плывущие под сводами огни. На возвышении у дальней стены расположился оркестр — столичный, в тёмно-синих мундирах с серебряным шитьём, — и настраивал инструменты, наполняя воздух обрывками мелодий.

Я замерла в дверях, не решаясь шагнуть внутрь. В прошлой жизни я приходила на зимний бал лишь однажды — и простояла весь вечер у стены, пока Инесса и её свита веселились. На мне тогда было старое серое платье, перешитое из маминого, и единственным, кто заговорил со мной, был первокурсник, попросивший передать бокал кому-то другому. Я ушла до полуночи и проплакала в подушку до рассвета.

Сегодня всё будет иначе.

— Идём! — Лотти схватила меня за руку и потащила в зал. — Хватит стоять, как статуя. Ты в этом платье — украшение бала, и я не позволю тебе прятаться.

Я не сопротивлялась. Мы прошли сквозь толпу разодетых студентов, и я ловила на себе взгляды — удивлённые, оценивающие, а иногда и откровенно завистливые. Девушка с Травологии, что вечно хихикала над моими мешковатыми нарядами, сейчас поперхнулась пуншем, увидев меня. Двое парней с Заклинательного факультета проводили меня глазами и что-то зашептали друг другу. В прошлой жизни я мечтала, чтобы меня замечали. Сейчас это вызывало странную смесь удовлетворения и тревоги.

Финн и Брам ждали нас у колонны, оба в парадных костюмах. Финн, завидев нас, присвистнул.

— Эрида, ты... — он запнулся, подбирая слово, и его веснушчатое лицо покраснело. — Ты выглядишь как принцесса.

— Спасибо, — я улыбнулась, чувствуя, как теплеют щёки. — Ты тоже ничего.

— О, я знаю, — он поправил воротник, украшенный скромной, но изящной брошью в виде дубового листа, и расплылся в довольной улыбке. — Это фамильная. Прабабушка носила. И прапрабабушка. И ещё одна пра-кого-то-там.

Брам молча кивнул мне, но в его глазах читалось одобрение. Лотти тут же подхватила Финна под руку и потащила к столу с закусками, оставив нас с Брамом вдвоём.

— Как ты? — спросил он негромко.

— Странно. И хорошо. Одновременно.

— Это нормально. — Он помолчал, глядя на кружащиеся пары. — Ты заслужила этот вечер. Постарайся получить удовольствие.

— Постараюсь.

---

Первый час бала пролетел как в тумане. Я осваивалась. Прошлась вдоль столов с закусками — крошечные пирожные с кремом, фрукты в сахарной глазури, запечённые перепела на серебряных блюдах. Выпила бокал игристого сидра, который Финн сунул мне в руку со словами «это обязательно». Послушала, как Лотти критикует наряды Высшей Магии — «опять диадемы, у них фантазия вообще есть?» — и как Брам вставляет редкие, меткие замечания.