Книга Предвестница беды 2, страница 110 – Натали Лансон

Я не стала ждать второго приказа. Подобрав юбки дрожащими руками, бросилась к двери, но на пороге Балтус меня остановил.

— Кира! Когда явится твой страж, отправь его в столицу. Скажи, что хочешь заказать артефакт для защиты у мастера Альяти. На все вопросы отвечай с улыбкой, мол, тебе так хочется. Иди.

Выскочив в коридор, я на секунду прислонилась спиной к холодной каменной стене за дверью.

Закрыла глаза.

Вдох-выдох.

«Я сделала это! Я выдержала проверку. Я – молодец!» – мысленно простонала, отталкиваясь от стены и заставляя свои ноги нести меня прочь по коридору.

«Мыться! Мне нужно вымыться с ног до головы, чтобы не осталось ни одного воспоминания от прикосновений Криоса!»

В просторной лохани я пролежала не меньше часа, однако… Горячая вода смыла липкий страх, но не смогла очистить память.

Я с остервенением тёрла кожу мочалкой, словно пыталась содрать верхний слой вместе с воспоминанием о пальцах Балтуса на своей шее и горячем дыхании у виска.

Вода в лохани давно остыла, превратившись в мутную лужу, подёрнутую серой мыльной пеной, а я всё сидела, обхватив колени руками, и мелко дрожала.

В ширму тихо, почти беззвучно поскреблись.

— Кира? Это Грета. Принести тебе кружку подогретого вина с пряностями?

Я хрипло выдохнула.

Голосовые связки саднило от той механической улыбки мертвеца, которую я давила из себя целый час.

— Да… оставь его на столике. И пусть никто… слышишь, Грета? Никто не подходит к моим покоям до заката.

— Конечно, милая, – голос гувернантки дрогнул. – Прошу только: выходи. Вода остыла. Ты застудишься. Или приказать подлить горячей воды?

— Нет. Сейчас…

Когда шаги стихли, я выбралась из воды. Вытерлась, обмоталась плотной шерстяной шалью поверх ночной сорочки, хотя камин жарко дышал углями, и села прямо на пушистый ковёр перед огнём. Меня трясло так сильно, что зуб на зуб не попадал. Не от холода – от пережитого унижения. От того, как послушно пришлось выполнять волю ублюдка, пока разум захлёбывался в ледяном омуте ненависти.

«Надеюсь, Балтус проверил действенность зелья и остался доволен результатом. Больше касаться меня я ему не позволю!»

Дверь открылась без стука.

В комнату бесшумно вошёл Рейвен.

Воздух в комнате как будто похолодел. Магу даже не нужно было ничего говорить – вся та ярость, которую он сдерживал весь день, прорвалась наружу магическим холодом.

Морталис сбросил тяжёлый дорожный плащ прямо на пол, подошёл ко мне и опустился на колени.

Его руки легли на мои плечи.

Он не стал спрашивать: «Как ты?» или «Всё ли в порядке?». Эти вопросы прозвучали бы глупо.

Рейвен просто прижался лбом к моему плечу, и я почувствовала, как вибрирует от едва сдерживаемого рычания его грудная клетка.

Лёд на окне стремительно таял, превращаясь в капли, которые тут же замерзали вновь, стоило ему сделать резкий вдох.

Рейвен прикрыл глаза, выравнивая дыхание. Он поймал мою ладонь и поднёс её к губам, целуя каждый палец, костяшки, холодное запястье, и жар тут же разлился по моему телу, вспыхивая внизу живота.

— Не могу простить себе, что оставил тебя там.

— Так было нужно, Рей.

— Каждая секунда отсутствия тянулась вечность. Я обошёл все ювелирные лавки столицы, скупая первое, что попадалось под руку, лишь бы не сорваться обратно.