Книга Предвестница беды 2, страница 109 – Натали Лансон

Я стояла, не шелохнувшись. Моя маска безразличия была идеальна. Внутри же всё кричало от отвращения.

Я мысленным криком заставила себя не думать о его руках.

Думала о холоде. О зимнем ветре, бьющем в окна замка. О том, как Рейвен сейчас, скорей всего, меряет шагами комнату, сжимая кулаки до хруста.

— Ты холодная, – прошептал Балтус, наклоняясь ближе. Его губы почти коснулись моего уха, вызывая дрожь омерзения. Я чувствовала его горячее дыхание на своей коже, и это вызывало лишь тошноту. – Но ничего. Я знаю, как разжечь в тебе огонь. Твой страх... он восхитителен. Он пахнет вереском и грозой.

Его рука опустилась ещё ниже, грубо сжав мою талию и резко притянув меня к себе.

Я ударилась грудью о его камзол, но не издала ни звука.

Бал сжал пальцы так сильно, что я была уверена – завтра там останутся синяки.

— Не могу себе отказать в желаемом, пусть даже ты – словно неживая! Приказываю тебе... – его голос стал хриплым, вибрируя от возбуждения. Он провёл носом по моей скуле, вдыхая мой запах. – ...обними меня в ответ. Прижмись ко мне так, словно ты этого хочешь.

Моё тело двигалось само, отдельно от разума – я так захотела, уходя в глубины подсознания.

Руки, словно налитые свинцом, поднялись и легли парню на плечи. Я заставила свои мышцы напрячься, имитируя объятие, и прижалась к Балтусу всем телом.

Каждый стук его сердца ощутила в этой близости – оно колотилось быстро и неровно.

— Ммм... – промычал он мне в волосы, зарываясь в них пальцами и оттягивая мою голову назад. Его губы заскользили по моей шее. Это было влажное, отвратительное прикосновение даже несмотря на то, что сам по себе Криос был невероятно хорош собой. – Ты такая... податливая. Идеальная. Завтра, сразу после аннуляции вашего с Дорианом брака, я объявлю перед всей комиссией, что беру тебя в жены. Приказываю тебе выразить радость… Кхм… Точнее: улыбаться и мило опускать взгляд в пол. А ещё громко и чётко сказать, что ты согласная стать моей женой! Поняла?

Руки парня шастали по моему телу, жадно сжимая на определённых участках.

Оставаться безразличной с каждой секундой становилось всё труднее.

— Ты станешь герцогиней в кратчайшие сроки, моя душа! И тогда... тогда мы проверим границы твоей покорности по-настоящему.

Он резко отстранил меня от себя, держа за плечи на расстоянии вытянутых рук. Взгляд Бала был мутным, затуманенным триумфом и похотью.

— А теперь... – он облизнул губы. – ...приказываю тебе: улыбнись мне так сладко, как только можешь.

Я растянула губы в улыбке. Это была самая страшная гримаса, на которую я была способна в обманчиво-безэмоциональном состоянии – широкая, зубастая улыбка мертвеца или сломанной куклы.

На лице Балтуса промелькнула тень беспокойства.

Улыбка сползла с его лица.

— Хватит! – рявкнул он вдруг, отпуская меня так резко, что я пошатнулась и едва не упала. Бал отступил на шаг назад, тяжело дыша и глядя на меня с раздражением. – Ты... ты не нравишься мне такой. В твоих глазах пустота. Совсем нет... искры. Нет того огонька, который я видел ещё вчера.

Он взмахнул рукой, словно отгоняя наваждение.

— Убирайся! – выплюнул ублюдок, отворачиваясь к окну и сжимая кулаки так, что побелели костяшки. – Вон отсюда! И не смей выходить из своих покоев сегодня на ужин. Хватит этим упырям пялиться на тебя!