Книга Вторая истинная для главы Тайной канцелярии, страница 68 – Екатерина Гераскина

Уже взявшись за дверную ручку, я не выдержала. Обернулась.

Кейган так и не вошел в детскую. Он вышел следом за мной и теперь стоял посреди коридора. Он смотрел прямо на меня.

Сопровождал меня своим внимательным, обжигающе-тяжелым взглядом, от которого плавился позвоночник, и стоял там, пока я окончательно не скрылась за своей дверью.

На эту ночь я подготовилась.

Я намертво заперла дверь и, напрягая все мышцы, придвинула к ней тяжелый дубовый комод.

Немного успокоившись, я легла спать в просторных шелковых брюках и рубашке на тонких бретельках.

Почему-то мне казалось, что Эра в любом случае захочет со мной поговорить. И мне совершенно не хотелось, чтобы это произошло ночью.

Я проснулась от едва слышного скрипа оконной рамы.

В следующее мгновение Эра проскользнула в мою спальню бесшумной, смертоносной тенью. От её дневной слабости, хрупкости и показной изможденности не осталось и следа! Она двигалась с пугающей, хищной грацией и была полна сил.

В ее руках был тонкий знакомый мне клинок.

Она набросилась на меня прямо в постели, и мы сцепились в жестокой, отчаянной драке.

Это была грязная борьба за выживание. Я не собиралась так просто позволить ей убить меня!

Мы катались по смятым простыням, яростно сопротивляясь друг другу. Мы впивались ногтями в кожу, оставляя глубокие царапины, выдирали друг другу волосы. Эра оказалась пугающе сильной для той, кто якобы годами гнил в подземельях ведьм.

Наконец, ей удалось подмять меня под себя. Она тяжело оседлала меня, придавив коленами, и выхватила из-под одежды свой жуткий клинок. Одним быстрым, безжалостным движением она полоснула меня лезвием по моей единственной целой руке, чуть выше локтя.

Горячая боль обожгла кожу. Из глубокого пореза тут же хлынула кровь, и Эра поспешно подставила стеклянный фиал, желая собрать её до последней капли.

Понимая, что теряю время, я извернулась, дотянулась свободной рукой до прикроватной тумбочки и нащупала тяжелый металлический подсвечник. Изо всех сил, что у меня оставались, я с размаху ударила Эру прямо в затылок!

Но сил после трех лет истощения было слишком мало. Удар получился слабым. Эра лишь охнула от неожиданности, выронила фиал и упала на меня. Она тут же вскинула голову и злобно зашипела, обнажив зубы, в точности как разъяренная дикая кошка.

Пользуясь её заминкой, я набрала полные легкие воздуха и закричала во всё горло, вкладывая в этот крик весь свой ужас:

— Помогите!

Мой крик, полный отчаяния, разорвал ночную тишину поместья.

Эра затравленно оглянулась на дверь. Понимая, что её план сорван, она попятилась на пятках, отползая от меня к краю кровати. В коридоре уже раздался грохот бегущих ног.

И за секунду до того, как массивная дверь содрогнулась от удара, Эра метнулась к подоконнику и бесшумной птицей выпорхнула в распахнутое форточку, растворившись в ночном мраке.

Бах!

Раздался оглушительный треск. Массивная дубовая дверь разлетелась в щепки, выбитая вместе с замком, а тяжеленный комод с грохотом отлетел в сторону, словно пустая картонка.

В спальню ворвался Кейган.

Он бросился вперед, в один прыжок преодолев расстояние до кровати, рухнул на колени прямо на развороченные простыни и крепко, до боли сжал мои трясущиеся, перепачканные руки.

— Тина! Что с тобой? Ты кричала?! — его голос вибрировал. Он лихорадочно осматривал меня, пока его взгляд не наткнулся на глубокий порез выше локтя, из которого толчками текла кровь.