Книга Брак ради мести. (не) Растоптанная жена, страница 4 – Анна Кривенко

Кстати, это оказалось не так уж сложно. Стоило только вспомнить разъярённую физиономию мужа — как сразу же появлялся прилив сил. Хотелось надрать эту красивую задницу, плюнуть в это совершенное лицо, поломать ему все планы.

Мести он захотел! Блин, за что и почему?

Праведный гнев вытравил последнюю усталость. Я открыла шкаф и начала перебирать немногочисленные платья, которые там висели. Старинный покрой, глубокие декольте, рукава-фонарики — жуть дикая. Наконец, нашла платье более закрытого типа, яркое, нежно-зелёное.

Одеть его оказалось не так уж просто, но память прежней Виктории услужливо подкинула нужную картинку, и руки легко зашнуровали корсет спереди. Туфельки надела белые — других не нашла. Каштановую гриву волос оставила распущенными, хотя здесь такие причёски не носили... ну и плевать.

После чего вышла в новый мир с непреодолимым желанием бросить ему вызов.

Кстати, о вызовах. Моя земная жизнь не отличалась яркими красками. Баловнем судьбы я бы себя не назвала. Неполноценная семья, тяжёлое детство, непростая юность.

Очень тяжело давалась учёба. Несмотря на хорошие оценки, меня постоянно травили. А всё из-за бедности. Всё из-за того, что я не могла нормально одеться и никогда не вписывалась в круг обычных детей.

Многие под травлей ломаются, а я стала сильнее. Научилась отгавкиваться. Научилась быть хищником, который на удар готов ударить в ответ. Пусть даже исподтишка.

Нет, я не лезла на рожон. Мудрый хищник знает, когда затаиться. Но и не являлась тихоней Викторией, какая досталась деспоту Игорю Степановичу в добычу.

Я даже почувствовала азарт, спускаясь по широкой кручёной лестнице на нижний этаж. Всё дышало роскошью старинного поместья: картины, портреты, портьеры, перила. Гладкие полы, мягкие дорожки. Огромный холл, шикарная мебель. Богатая жизнь…

Но атмосфера в доме стояла отвратительная, пронизывающая, показывающая, что хозяин этого дома — абсолютный мудак. Как прежняя Виктория этого не замечала? В её воспоминаниях — какая-то глупая надежда и ощущение чего-то светлого. Но это только в начале, конечно же. Поэтому реальность стала для неё невыносимой.

Холл был пуст. Я огляделась и пошла на звук голосов. На повороте едва с кем-то не столкнулась: на меня налетела девица, которую я сразу же узнала. Да, та самая любовница Игорька.

Румяная, красивая крестьянка с толстой русой косой, огромными оленьими глазами и очень высокомерным выражением лица. Она окинула меня таким взглядом, будто увидела помойное ведро. Встала, подбоченившись, искривилась.

— Куда вас несёт, госпожа? — бросила издевательски. — Не вздумайте на кухню ходить, там вам делать нечего. А ежели проголодались — терпите до ужина. У нас здесь не таверна, чтобы кормить по заказу.

Презрительно фыркнув, она задрала подбородок и, виляя задницей, попыталась пройти мимо меня. Но мой ум сработал очень чётко. Резким движением я схватила её за локоть и заставила развернуться к себе. Она ойкнула и вытаращилась на меня с испугом.

Заметив жёсткую линию моих губ, она снова усмехнулась презрительно:

— Что, не нравится? А я беру пример с вашего супруга. Он разрешает мне так с вами разговаривать, так что можете даже не пытаться ему жаловаться!

— А я и не буду жаловаться, — ухмыльнулась в ответ. — Я и сама могу разобраться.