Книга Брак ради мести. (не) Растоптанная жена, страница 17 – Анна Кривенко

Оставшийся день пролетел в размышлениях, и я не знала, чего ждать от следующего дня. Поэтому легла спать пораньше.

Проснулась от того, что у меня безумно колотилось сердце. Распахнула глаза и замерла в кровати. Оказалось, что уже наступила ночь. Я ничего не слышала и не видела, но чувствовала. Чувствовала тревогу, которая обрушивалась на меня волнами.

«Опасность! Опасность! — кричала она. — Нужно срочно что-то предпринять! Опасность!»

Повинуясь какому-то невероятно обострившемуся инстинкту, я аккуратно спустилась на пол, буквально вывалилась из кровати — и залезла под нее. В тот момент меня не интересовало даже то, что там могли быть паутина и пауки, которых я терпеть не могу. Просто послушалась своей интуиции. И в тот же миг дверь в мою комнату открылась.

Зашли двое. Я услышала крадущиеся шаги женщины и тяжёлые — мужчины. Эти двое замерли, и я ощутила их напряжение.

— Здесь никого нет, — послышался грубый шёпот мужчины. — Где она?

— Не знаю, — шепот женщины показался растерянным. — Но она точно запиралась в комнате, а запасной ключ только у меня.

Я узнала её. Негодная любовница! Кого она привела? Убить меня решила?

— Что теперь будем делать? — снова пробасил мужик, если вообще можно басить шёпотом.

— Наверное, попробуем в другой раз. Имей в виду: причинять ей серьезный вред нельзя. Ты только должен сыграть страстного любовника, не более.

— Да понял, понял я, — проворчал он. — Пойдём уже, пока она не вернулась.

— Где ее носит, мегеру тощую??? — процедила девица.

И злоумышленники вышли. Вслед за этим послышался звук поворачиваемого ключа в замке, а я схватилась за горло, пытаясь унять колотящееся сердце.

Значит, всё понятно. Она хотела устроить так, будто я сплю с каким-то мужиком прямо в доме мужа. Меня бы не просто растоптали — меня бы высекли прилюдно. А может быть, даже убили.

Значит, любовница решила играть по-крупному. Значит, я тоже должна предпринять что-то крайне решительное.

Кстати, не факт, что ее не подослал мой муж…

Храм Оракула оказался весьма унылым зданием. Никаких тебе витражных окон — окна мелкие, но в два ряда, некое подобие куполов, центральный вход с колоннами. Камень тёмный, почти чёрный. Во дворе, перед храмом, ни единого цветочка, как будто цветы здесь просто не растут, не могут — от этого давящего ощущения непонятно чего.

Александра Викторовна первая вышла из кареты, я — вслед за ней. Ей кучер подал руку, мне — нет. Мне было всё равно, я не обратила на это внимания. Одета была свекровь очень строго, совершенно без украшений. Я последовала её примеру. Кстати, то платье, которое требовал вернуть Игорь Степанович, я, естественно, не отдала. Сейчас оно прекрасно пригодилось для посещения храма.

Мы шли рядом, будто истинные мать и дочь, разве что волосы у нас были разного цвета. Александру Викторовну встречали изящными кивками — то священнослужители, то другие посетители храма. Я была напряжена до предела.

Поднимаясь по ступенькам, заходя в огромный зал, в котором раздавалось гулкое эхо, я ощущала себя в ловушке, которую не понимала. В центре стоял некий обелиск непонятной формы и значения. Около него обнаружилось что-то вроде алтаря. Ни икон, ни изображений здесь не было от слова «совсем». Какая-то звенящая пустота. Мрачная. Давящая.