Книга Брак ради мести. (не) Растоптанная жена, страница 133 – Анна Кривенко

Хотя... что бы это изменило? Разве я бы простила его, если бы он пылко признался мне в любви много месяцев назад?

Нет. Не простила бы. По крайней мере тогда, когда только выползла из дыры под названием «ложные обвинения». Тогда я не смогла бы простить.

Но почему же я жажду этого признания сейчас? Что изменилось с тех самых пор?

Я бы, наверное, начала мучительно размышлять и над этим вопросом, если бы вдруг позади не раздался недовольный голос:

— Виктория, что ты здесь делаешь?

Я вздрогнула и резко обернулась. Рядом стоял хмурый Геннадий Иванович. Я отчего-то залилась краской, начала оправдываться, а потом вдруг замолчала.

А в чем, собственно, я виновата, что оправдываюсь перед ним?

И в этот момент произошло некое прозрение. Выходит, уже давно Геннадий Иванович отягчает меня своими регулярными придирками — так, что я теперь ощущаю себя виноватой буквально за всё. Хотя это ведь он слишком надолго задержался в своей лавке и вынудил выйти из кареты. Именно усталости ожидания я начала прохаживаться вдоль лавок и свернула сюда.

Да и вообще, неужели я не имею права просто стоять на углу и смотреть туда, куда мне хочется???

Я подняла взгляд на жениха и с раздражением произнесла:

— А что, мне разве запрещено находиться где-либо по своему желанию?

Геннадий Иванович недовольно поджал губы.

— Ну что ты устраиваешь истерики прямо на людях? — бросил он грубым тоном.

А я поразилась. Он ещё никогда не позволял себе так со мной разговаривать.

— Пойдём уже, Виктория. — Он подхватил меня за локоть и попытался увести, но я воспротивилась.

— А я не хочу!

Что-то поднялось изнутри, заставив сердце колотиться сильнее. Какой же я была слепой… и когда успела так вляпаться? Мы ведь даже не женаты, а он уже манипулирует мной, словно своей собственностью!

Геннадий Иванович между тем заметил, что я не собираюсь слушаться. Он помрачнел, посуровел и процедил сквозь зубы:

— Виктория, да что с тобой творится в последнее время? Ты стала непокорной, гордой и порой просто невыносимой!

У меня брови полезли на лоб.

Когда это я такой была? Целыми днями сижу в комнате и носа оттуда не показываю!

— Пожалуй, тебе действительно стоит почаще ходить в храм, — добавил он. — Чтобы немного очистить душу от спеси!

Я возмущённо выдохнула и переплела руки на груди.

— А на неочищенной от спеси ты, значит, жениться не желаешь? — бросила язвительно.

Геннадий Иванович едва не задохнулся от возмущения. Его лицо начало наливаться краснотой. А я смотрела на него и просто не узнавала.

Честно говоря, вспышка ярости, которая вот-вот должна была последовать, меня уже не удивила бы. Что за манера у мужчин этого мира — всё решать воплями да кулаками?

— Предупреждаю тебя, Виктория, — процедил жених уже не своим голосом. — У меня сейчас не самое лучшее настроение. Сегодня сорвалась одна из самых крупных сделок в регионе. А ты мне тут истерики устраиваешь на пустом месте! Поехали домой. Мне нужно написать больше десятка писем. И вообще, я ещё подумаю, стоит ли покупать тебе драгоценности, если ты не желаешь слушаться своего мужа!

— Ты мне ещё не муж, — бросила я глухо.

— Ах так?! — разъярился Геннадий Иванович.

Да, у него был повод для раздражения — сделка сорвалась. Но я-то тут при чём? Теперь, выходит, всю злость и недовольство можно выместить на мне???