Книга Остров звезд, страница 171 – Анджей Ласки

Меня вдруг сморила усталость. Не хотелось продолжать репетицию. Суета подковерных игр для меня была насколько далека – Лайонел взял все это на себя, чтобы полностью дать мне возможность заниматься только музыкой. А политика – это по его части.

— Тогда вам придется подружиться, – мистер Шорт качнул головой.

— Ну ладно тогда, – я снял гитару и поставил ее на стойку, – чего-то дел сегодня много. Синтия просила пропылесосить, кажется, – Я искал причину слинять с репетиции, хотя и так было ясно, что все закончено. Долбанные «Princle Sprincle», как же хорошо без вас было! – Пока, парни!

Такой развязки никто из парней не ожидал. Да и мне, честно говоря, вдруг показалось это небольшим предательством. Типа, я домой, а вы разбирайтесь тут сами.

Я накинул на себя кожаную куртку, натянул кепку по самые глаза, махнул рукой и вышел из студии, громко хлопнув дверью.

Мистер Шорт, если все это только лишь игра, признайся честно, на чьей стороне ты сейчас?

Я очнулся от того, что Герберт толкал меня в плечо. В первый момент даже и н понял, где я нахожусь.

— Вылезай, приехали, – он учтиво открыл дверь машины.

— Давно так не отсыпался, – я зевнул и потянулся.

— Братан, ты не очень похож на жирафа^[233]. Но я рад, что ты смог немного отдохнуть. Вечер будет долгим.

— И где мы? – я спросонок рассматривал округу.

— У меня, – он указал на большой трехэтажный дом с колоннами перед входом позади себя.

— Ого! – я даже удивился. – Ты что, заблудился и попал в колониальную Америку? Ты не говорил, что твои предки были рабовладельцами.

— Да, знаешь, сначала хотел чего-то ковбойского, но там только салуны, да ветхие хижины. А потом присмотрел эту хибару. Зато есть где потусить! – этого ему не занимать. Впрочем, ничего не меняется. Особенно, если говорить о моем Герберте, – в гостиной отличный диско-шар, стробоскопы, а на третьем этаже кинотеатр с баром. Всегда мечтал о таком!

— Бьюсь об заклад, что в подвале у тебя и боулинг есть.

— Может, боулинга и нет, но свои шары я частенько закатываю, – он подмигнул мне.

— Ладно, – я понял, что если его сейчас не остановить, то наслушаюсь таких историй, что мне самому станет стыдно. Герберту их не занимать, как, впрочем, совести. – Давай, показывай свою «хибару».

Мы прошли через высокие железные ворота с позолоченным вензелем на них, где буква «Г» из имени аккуратно вплеталась в фамильную «У» – Герберт Уэлш. За ними дорожка, выстеленная грубыми, но аккуратными по форме булыжниками, вела прямо к ступеням дома. Пальмы качали листьями на ветру где-то высоко над нами. Перед фасадом зеленая лужайка с бассейном и небольшой сценой с гитарами, барабанами, синтезатором – всем, что полагается для хорошего концерта. Я не сомневался, он мастак похвастаться лишний раз харизмой перед зрителями. А таких, видимо, целый остров. А чем еще тут заниматься?

Я крутил головой по сторонам от любопытства. Ничего себе Герберт устроился! Это что, всем такое положено? А, может, здесь все и не так плохо, и он просто утрировал? Интернет, сотовая связь, телевидение – хоть в каком-то виде есть и то сойдет. Это тебе не в туалет на улицу зимой ходить. Жить можно. Конечно, со скуки, порой, можно и башку об стену расшибить. Но, может, стоит найти свои плюсы во всем этом благолепии. Там, глядишь, и напишу лучший сольник. А то соцсети в последнее время отнимали слишком много времени…