Книга Убийство среди книг, страница 47 – Тони ЛоТемпио

Стоило войти в кофейню, как стоявшая за прилавком Филлис поманила меня к себе.

— Шарлотта Джеймс! Что ж ты скрытная такая! Почему не рассказала мне, что Шейла умерла в твоем магазине? — воскликнула она.

Я быстро огляделась, но других посетителей больше занимали собственные разговоры и кофе, чем возмущение Филлис.

— Это не лучшая тема для беседы, — прошипела я. — К тому же детектив Грант и Бар… констебль Дональдсон взяли с меня клятву о неразглашении.

— Так я и знала! — Глаза буфетчицы вспыхнули, и она прищелкнула пальцами. Затем перегнулась через прилавок и, понизив голос до театрального шепота, спросила: — Ее же убили, да?

Я мотнула головой:

— Не могу сказать. Не обижайтесь, это все клятва о неразглашении. Не хочу навлечь на себя гнев Гранта.

Филлис сверкнула глазами.

— А как насчет Барбары Джин Дональдсон?

— С ней я справлюсь, — небрежно отмахнулась я.

— Ну, знаешь же старую поговорку: в аду нет фурии страшнее^[13], и все такое. Ходят слухи, Барбара Джин считает, что ты лезешь на ее территорию.

Вот тут я уже рассмеялась.

— Вы про детектива Гранта?

— Конечно, про детектива Гранта, — хохотнула Филлис. — Не секрет, что Барбара Джин от него без ума. Он в последний год тут часто бывает, посещает всякие лекции в Свартморе, а она сразу на него запала. — Она искоса глянула на меня. — Хотя он, по-моему, ей взаимностью не отвечает. По крайней мере, я не заметила.

Как ни странно, это изрядно подняло мне настроение. Вслух же я сказала:

— Ладно, жаль вас разочаровывать, но никакой романтики между мной и добрым детективом нет.

— Во всяком случае, пока. Но я видела, как вы двое друг на друга смотрели давеча.

Я вытаращилась на нее.

— Э-э-э, вы имеете в виду, когда он отчитывал меня за то, что я споткнулась о его портфель? Испепелял меня взглядом?

— От ненависти до любви… А вы двое не то чтобы ненавидели друг друга, правда же?

— Ненависть — громкое слово. Его я берегу для брюссельской капусты. «Острая неприязнь» подходит гораздо лучше.

— Ладно, не хочешь говорить об этом — не надо. Я поняла. Давай о чем-нибудь другом. — Филлис склонила голову набок. — У тебя волосы иначе выглядят. Ты с ними что-то делала?

Я самодовольно взбила кончики.

— Подровняла вчера вечером.

Она оглядела меня с новым вниманием.

— А тебе идет. Но ты выглядишь замученной, душечка, а ведь еще рано.

— Утро выдалось хлопотное, куча дел по нашим магазинам. Никогда не думала, сколько всего надо пройти, чтобы открыть маленький бизнес.

Филлис покивала:

— Стресса там хватает. Жалеешь, что обещала подруге заняться этим?

— Нет, ни капельки, — помотала я головой. — Но добрая порция мокко-латте для поддержания сил мне бы не помешала. — При этих словах в животе у меня громко заурчало, и я глянула на грифельную доску за стойкой. — Кажется, завтрак был сто лет назад. Да и перехватила я утром всего лишь чашку кофе да сухарик.

— Ай-яй-яй, — посетовала Филлис, — тебе необходимо подкрепиться. Как насчет горячего бутерброда с ветчиной и яйцом? Я тебе даже лишний ломтик ветчины положу. — Она махнула рукой, прогоняя меня. — Иди садись, а я принесу тебе твой кофе прямо туда.

— Спасибо.

В стороне пылился небольшой стенд с газетами и журналами. Я взяла экземпляр «Остинского рупора» и устроилась за столиком возле двери на кухню. Заметка о Шейле обнаружилась на третьей странице. Сведения были, мягко говоря, обрывочны. Пруст только сообщал, что тело мисс Краудер было найдено в ее же магазине и полиция сочла обстоятельства ее смерти «подозрительными».