Книга Умереть за искусство, страница 56 – Питер Джеймс

— На данный момент нет, – наверное, она будет позже, в осенней сетке вещания, но все может поменяться.

Супруги последовали за парнем по лужайке, мимо рядов экспертов и очередей, пока снова не оказались перед своей картиной. Потрепанные нервы Гарри немного успокоила широкая улыбка, осветившая лицо Оливера Десауты.

Еще одна камера появилась, словно из ниоткуда, и теперь их было три: две, направленные на Киплингов, и одна – на Десауту. Кроме того, на них падал яркий свет. Гарри понял, что вокруг собралась толпа.

— Итак, расскажите мне, – начал эксперт, – как вы наткнулись на эту замечательную вещь?

— Ну вообще-то, – нервно забормотал Гарри, запинаясь на полуслове и повторяя то, что он рассказал Десауте ранее, за кадром, – мы нашли ее на барахолке – распродаже с машин.

Глаза Десауты расширились.

— Но это не та картина, на которую вы сейчас смотрите, – добавила Фрейя, и ее голос звучал гораздо увереннее, чем у Гарри. – Муж купил картину, которая показалась мне отвратительным изображением старой карги.

— На самом деле я купил ее ради рамы, – признался Гарри. – Моя жена просто возненавидела этот портрет. – Он посмотрел на Фрейю с дрожащей улыбкой. – Лишь несколько недель спустя мы обнаружили, что под ним находится другая картина.

Эксперт одобрительно кивнул.

— Нередко поверх более ранней работы пишут новую, – сказал он. – Холсты стоят дорого, поэтому многие художники могли использовать холст с картиной, которая, по их мнению, не представляла ценности. Иногда люди стремились скрыть подлинник – возможно, чтобы спрятать его во время беспорядков, – или же кто-то по невежеству не понимал, что представляет собой оригинал. А выражение «fête galante»^[18] вам о чем-нибудь говорит?

Гарри и Фрейя покачали головой.

— Ну, – произнес Десаута поучительно, – fête galante – это жанр живописи, основоположником которого был французский художник Жан-Антуан Ватто. На его картинах изображены фигуры в бальных или театральных костюмах на празднествах, или fêtes, среди садов, в буколической обстановке, часто проникнутой романтическим настроением. Когда в тысяча семьсот семнадцатом году Ватто подал заявку на вступление в Королевскую академию живописи, у той не было категории для описания его работ, и Академия создала для него такую категорию. Картины fête galante отражали наметившийся в то время переход от сурового стиля барокко к более декоративному, натуралистичному рококо. Настоящая работа, если это оригинал, является прекрасным образцом «галантных празднеств». – Он засиял. – И вы действительно нашли это на барахолке?

— Да, – ответил Гарри.

Оба супруга явно горели нетерпением.

В расчете на аудиторию, состоящую не только из Киплингов, но и из многочисленной публики, которая росла с каждой секундой, Десаута спросил:

— Вы знакомы с творчеством Жана-Оноре Фрагонара?

Гарри и Фрейя отрицательно затрясли головой.

— Он родился на юге Франции, в Грасе, известном своей парфюмерной промышленностью, и начал серьезно заниматься живописью около тысяча семьсот пятьдесят второго года. Художники любили эту местность из-за обилия солнца и, соответственно, прекрасного освещения. Насколько нам известно, при жизни Фрагонара было создано около шестисот картин, однако многие из них были утеряны, как и в случае с другими величайшими художниками мира. Предметы искусства расхищали во время войн, особенно постарались нацисты Второй мировой. И конечно, сделала свое дело Французская революция, лишив Фрагонара всех его частных покровителей, которые либо были гильотинированы, либо покинули страну. Он оставил Париж в тысяча семьсот девяностом году, чтобы вернуться в свой родной Грас, и лишь в начале девятнадцатого века снова приехал в столицу, где и умер в тысяча восемьсот шестом году, почти полностью забытый. Сегодня он входит в число величайших живописцев всех времен. Знаете ли вы, за сколько была продана одна из его картин – портрет – на аукционе «Бонхамса» несколько лет назад?