Книга Прайм-тайм, страница 214 – Максим Шаттам

— Не отходи от мамы.

На этот раз она говорила громко, не столько для микрофона, сколько для Чезаре, чтобы тот не волновался из-за смены позиции, и Янис понял ее маневр. Шарлен незаметно перемещала девушку влево от Чезаре, чтобы снайперы могли выстрелить.

Умница.

Тут же затрещала рация:

— Третий, готов.

— Четвертый, готов.

Все трое захватчиков в случае паники могут быть нейтрализованы.

Старший снайпер запустил новый отсчет для своих шестерых бойцов, чтобы убедиться, что линии обзора по-прежнему свободны, и подтвердил разрешение открыть огонь.

— Двадцать метров, – доложил он по рации.

Сердце Яниса забилось быстрее. Они почти у цели.

В бинокль он видел, как Чезаре говорит с Шарлен, но теперь в наушнике слышался только треск. Она пыталась убедить его не убивать Поля, передать его правосудию, хотя теперь это бесполезно: все захватчики будут задержаны через…

— Пятнадцать метров, – предупредил командир группы.

Несколько слов с трудом долетели до Яниса через наушник. Это был голос Чезаре:

— …больше не боюсь. Я приготовился. Я знаю, что она идет за мной по пятам. И я пообещал себе, что рак меня не получит. Я его опережу.

— Вы… не… язаны… так поступать.

Янис встревожился. Ему не нравился этот тон. Чезаре говорил о том, что покончит с собой до того, как его заберет болезнь, или же собирался действовать прямо здесь и сейчас?

Нет, это не имело бы никакого смысла. Теперь у него деньги, самолет… Разве что он больше в это не верит. Или понял, что за этим последует.

Янис включил рацию.

— Противник может совершить что-то непредсказуемое, – сообщил он.

— Десять метров! – проинформировал командир группы. – Команды готовы к началу действий менее чем через минуту.

Микрофон Шарлен шуршал: Чезаре возбужденно задвигался.

Внезапно он что-то выкрикнул, направил оружие на самолет, и его тут же поддержал Серж Бильдёр – он приблизился к Паоле, чтобы прикрыться ею, как щитом, если кто-нибудь выскочит из самолета, не понимая, что теперь вся спина и правый бок стали досягаемыми для снайперов на ангарах. Шедший впереди Эмилио Дюпра-Перес уже направил ствол на Бакари.

Шарлен обеими руками схватилась за живот и согнулась, точно от сильного спазма.

Все опознали аварийный сигнал.

— Они откроют огонь! – закричал чей-то голос на командном пункте.

Командир группы вмешательства тут же отдал роковой приказ:

— Огонь. Повторяю: огонь!

Раздался всего один выстрел, прозвучавший в воздухе над летным полем, – один-единственный звук, доступный человеческому уху.

Шесть пуль одновременно поразили трех преступников, сраженных синхронно. Сталь, раскаленная порохом, трением о ствол и скоростью полета, пробила кожу, кости и мозг, сжигая все на своем пути. Сопровождавшая ее ударная волна разорвала ткани и черепные коробки.

Голова Чезаре Моретти мгновенно разлетелась на кусочки, забрызгав кровью стоявшую позади Шарлен.

Трое мужчин одновременно покачнулись, словно подчиняясь зловещей хореографии, поставленной самой смертью.

Глухой стук их тел о землю привел заложников в движение.

Бакари и Режи бросились на землю, даже не поняв, что происходит. Анисса кинулась к дочери. Паола застыла, не в силах двинуться, а Поль шарахнулся и упал ничком.

Все произошло так быстро, так жестоко, что мыслей ни у кого не осталось – все просто отреагировали, повинуясь самым первобытным своим инстинктам.