Книга Прайм-тайм, страница 185 – Максим Шаттам

Сеньон подхватил:

— Значит, постепенно дел с его участием становится все больше, только доказать его вину никому не удается. Каждый раз все выверено до миллиметра. Фирменный стиль Моретти и Бильдёра – эти перфекционисты долго готовятся, проводят разведку, предусматривают все возможные сценарии. А потом обоих предали их собственные подельники – местные парни, с которыми они пошли грабить инкассаторскую машину. Осуждены по показаниям и совокупности улик, но никаких доказательств. Бильдёр вышел полтора года назад, Моретти вскоре после. У них было время обдумать и разработать свой последний крупный проект. Бильдёр изобретателен, сечет в информатике и новых технологиях. Идея криптовалюты может исходить от него. Восемь месяцев назад, когда вышел на свободу Дюпра-Перес, бывший сокамерник Бильдёра, они предложили ему присоединиться, учитывая его опыт обращения с жертвами – он уже совершал похищения и home-jackings, справляться с заложниками умеет.

— Вы упомянули больницу, – насторожился Янис. – Они больны?

— У Дюпра-Переса СПИД, а мы только что выяснили, что у Моретти неизлечимый рак. Ему осталось не больше года.

Янис сказал Шарлен:

— Отсюда его замечание о смерти – красиво закончить жизнь. Ему уже нечего терять.

— Это делает его особо опасным, – задумчиво заметила Шарлен.

— Его речь о том, что мы оставляем детям, – вспомнил переговорщик. – Вот в чем дело. Он хочет денег для себя, но также чтобы оставить что-то дочерям. Все его морализаторство о беспечности и эгоизме – это в первую очередь о нем самом. Он провел часть жизни в тюрьме или готовя свои преступления и забросил дочерей.

Шарлен добавила:

— И на пороге смерти он это осознал.

Янис взял распечатанные документы:

— Здесь все?

— Да, – подтвердил Сеньон. – Мы продолжаем собирать информацию, буду передавать вам по мере поступления.

— Психиатрическая история?

— Насколько нам известно, нет, – ответил следователь.

— Найдите его дочерей и, если они в регионе, срочно везите сюда. Если нет – свяжите по телефону с нашими людьми. То же самое с родственниками двух других.

Сеньон кивнул:

— Я этим займусь.

Янис помахал страницами перед Шарлен:

— Мы хотели материал для переговоров, и он у нас есть.

Шарлен положила подборку материалов, повествующих о жизни и деяниях Чезаре Моретти, он же Кратос, на журнальный столик в комнате отдыха, примыкавшей к просмотровой. Час назад Янис предложил ей «подышать воздухом», выйти из мрачной и напряженной атмосферы режиссерской, чтобы изучить профили трех похитителей, особенно Кратоса. Если возникнет что-то срочное, их предупредят, они всего в нескольких метрах.

К большому удивлению Шарлен, в комнате Янис выключил телевизор, транслировавший прямой эфир. Они выпили кофе, сидя на мягких диванах, и минут пять она как будто сидела напротив красивого парня, который к ней неравнодушен, и впереди был остаток ночи, чтобы получше узнать друг друга.

А потом Янис бросил стаканчик в корзину и объявил конец перемены. Последовал час работы; столько эмоций и постоянная смена ритма уже довольно-таки вымотали Шарлен.

Было без четверти шесть. Семьдесят пять минут до конца ультиматума, до выплаты выкупа и возможного выезда Кратоса с сообщниками в аэропорт.

— Может, включим телевизор? Вдруг что-то изменилось? – спросила Шарлен.