Книга Ведьмы из Броккенбурга. Барби. Часть 1-3, страница 120 – Константин Соловьев

— Ты умнеешь, Барби, - задумчиво произнесла она, - Годом раньше ты просто впилась бы мне в лицо. Правду говорят, Броккенбург – великий учитель. Раз уж он способен обучить некоторым трюками рванину вроде тебя.

Барбаросса отвесила ей издевательский поклон.

— К вашим услугам, графиня Пизда фон Боденлосс[15].

Глаза Кузины прищурились.

— Пат – самая неприятная ситуация из всех, что случаются на шахматной доске. Терпеть не могу оставлять фигуры стоять в беспомощной незавершенности, - ее пальцы, тискавшие изящную ткань подола, резко замерли, - Как насчет сделки?

— Сделки?

— Меня интересует Кло. Что интересует тебя?

— Мертвые дети.

Кузина фыркнула не сдержавшись.

— Не слишком ли ты взросла, чтобы играться в куклы, моя дорогая? Впрочем… Дай угадаю. Гомункул?

Барбаросса неохотно кивнула.

— Гомункул.

Она не собиралась говорить Кузине ничего сверх необходимого. Даже крохи информации в цепких когтях «бартианок» превращаются в смертельное оружие. Узнав о том, что они с Котейшеством убили Мухоглота, «бартианки» счастливы будут раззвонить об этом на весь город, лишь бы накликать на головы «Сучьей Баталии» побольше неприятностей.

— Я отдам тебе Кло, если ты найдешь мне мертвого ребенка, Кузина.

К ее удивлению Кузина улыбнулась.

— Мы можем поступить даже лучше, милая.

— Как?

— Я могу дать тебе гомункула.

— Во имя трахнутой бабушки Сатаны! - вырвалось у Барбароссы, - Не врешь?

Кузина легко подула в свисток. И в самом деле не серебро, подумала Барбаросса, в противном случае ее губы прикипели бы к этой херне, пузырясь от страшного жара. Наверняка, агентинум или нейзильбер или обычное олово. Никто лучше «бартианок» не умеет прятать одни вещи под видом другим, маскируя слова и смыслы сотнями слоев изысканной паутины.

Свисток не был вместилищем демона. Посреди переулка не отворились двери в Ад. Вместо этого раздался негромкий свист, весьма чистый, хоть и не мелодичный. Барбаросса на всякий случай даже покосилась вверх. Когда имеешь дело с «бартианкой», лучше обезопасить себя со всех сторон, эти суки мастерицы внезапных атак. Пожалуй, она не удивилась бы стае дрессированных гарпий со стальными когтями или…

Фаэтон, показавшийся между домами, не походил на те изящные экипажи, в которых обыкновенно передвигались по городу ведьмы из «Ордена Анжель де ля Барт». Темный, с занавешенными бархатными шторками окнами, запряженный всего двумя лошадьми, он не нес не боках ни золоченых вензелей, ни гербов ковена, ни адских глифов. Скорее всего, эта колымага предназначалась не для официальных визитов, догадалась Барбаросса, а для тех случаев, когда «бартианки» желали перемещаться инкогнито.

Лошади тоже выглядели невзрачно, совсем не призовые рысаки из числа тех, что можно увидеть в Эйзенкрейсе, но, присмотревшись к ним внимательнее, Барбаросса хмыкнула себе под нос. Лошадки у Кузины были совсем не так просты, как могло показаться. Та, что была запряжена левой, имела во рту бронзовые зубы и раздвоенный змеиный язык. Та, что справа выглядела вполне заурядной, если бы не прозрачная жидкость, сочащаяся у нее из ноздрей, жидкость, едва слышно шипящая при соприкосновении с брусчаткой.

Лошадки с секретом. Может, они и покрыты вполне лошадиной шкурой, по-лошадиному переставляют ноги и прядут ушами, но кто-то изрядно постарался, внедрив в их плоть семена демонической природы. Барбароссе приходилось видеть таких лошадок. Опасные бестии, к которым лучше не приближаться, если не имеешь набитых охранными амулетами карманов.