Книга Четыре месяца темноты, страница 289 – Павел Волчик

— Я, наверное, тебя задерживаю. Кирилл наверху.

Она медленно закрыла дверцу.

— Он спрашивал – приедешь ли ты сегодня?

Агата осторожно встала из-за стола:

— Спасибо.

Девушка шла наверх, чувствуя, как у неё колотится сердце.

«Что тут такого, что он спрашивал?»

Дойдя уже до самой двери, она поняла, что всё это время упорно говорила себе, что едет помочь больному. Но почему-то ей радостно было, что она сможет увидеть его.

Кирилл спал, откинув голову на подушку. Видимая сторона лица его была спокойна и неподвижна. Тусклый свет пробивался сквозь окна и едва освещал комнату. Если бы Агата не знала, что на правом глазу у него сейчас повязка, то решила бы, что он абсолютно здоров. Она сделала ещё шаг и увидела, что никакой повязки нет: отёк ещё не спал, и второй глаз, закрытый припухшим веком, казался больше, как будто на лицо ему положили красноватую восковую печать боли. Агата, всегда с трудом переносившая вид различных травм, на этот раз на удивление спокойно отнеслась к увиденному. Несмотря на ушиб, выражение лица у него во сне оставалось детским.

«Он исследовал всё, что находил под ногами, от листьев до птичьих перьев. А потом взахлёб рассказывал мне, что нашёл. Я могла вывести его на улицу и не волноваться, что он убежит играть в соседний двор», – так говорила Мария Петровна за чаем. И Агате вспомнился тот, другой Озеров. Худой мальчуган, с которым они когда-то вместе облазили половину парков Города Дождей.

Она тихонько села на край дивана. Кирилл услышал её, но глаз не открыл.

— Кто пришёл? – спросил он тихо.

— Это я, – ответила девушка, едва удержавшись, чтобы не убрать у него волосы со лба.

Но тут же он сам раскрыл ладонь и протянул её Агате, так что она положила свою руку в ответ.

От него исходили такой покой и такая уверенность, каких она давно уже в нём не наблюдала.

— Почему ты улыбаешься?

— Во-первых, я отдыхаю от учеников.

Он зевнул и потянулся.

— Во-вторых… не пойму, почему бы тебе не оставить меня? Ты имеешь полное право. После «того случая у магазина» я заслуживаю, чтобы ты меня игнорировала.

— Тебе было четырнадцать, Озеров. Я уже говорила тебе: что было, то прошло.

«Тот случай у магазина» живо пронёсся в памяти Агаты рядом кадров. Летним днём, в красивом сарафане, она выходит из подворотни с сумкой через плечо, чтобы купить хлеба, и её сбивает легковой автомобиль.

— Я лежал и вспоминал, почему всё это произошло. Отец говорил мне, чтобы я не разгонялся, потому что ещё плохо вожу, а я его не послушал. Захотелось проверить реакцию…

— Я жива и здорова, всё закончилось хорошо.

— Всё так. – Кирилл облокотился на подушку, глаза у него всё ещё были закрыты. – Но я пока лежал тут, понял вдруг, что до нынешнего дня ни разу не задумывался о том, что это значило для наших родителей. Мой отец мог попасть в тюрьму.

Агата посмотрела в окно, вдаль, где голые деревья, окутанные туманом, сонно покачивали ветвями. Она помнила только то, что ей рассказывали об этом случае. Девушка забыла, как её сбила машина, как отец Кирилла отнёс её на руках домой. К тому времени соседи уже сообщили родителям Агаты о случившемся.

— Почему они не обратились в суд? Я ведь чуть не убил тебя тогда.

— Ты преувеличиваешь.

Она вдруг поняла, что не знает почему. Может, потому что её отец увидел мальчишку, раздавленного ужасом, готового сделать всё что угодно, чтобы как-то исправить то, что произошло.