Книга Путь Скорпиона, страница 41 – Павел Волчик

— Сколько просишь, хозяин? – перебил старика голос из толпы.

Народ расступился, и вперёд вышел мужчина в длинных одеждах из льна и шерсти. В его чёрной, аккуратно подстриженной бородке, белело серебро. Глаза глядели на собеседников внимательно и печально. На голове незнакомца синел невысокий тюрбан из грубой ткани, подвязанный под подбородком и защищавший его скорее от кусачих мошек, нежели от палящего солнца.

— Хвосты медвежьи! – удивился Тойво. – Бедуин! В лесу! Сколько стои́т мой трактир, ни разу не видел бедуина!

Незнакомец вежливо поклонился.

— Я не бедуин. Хотя мой образ жизни действительно походит на кочевой.

Услышав голос незнакомца, рысак почему-то разволновался и заржал.

— То-то ты у нас в Пеньках задержался, – подал голос Лоб. – Ходишь-бродишь, выспрашиваешь.

— Закрой пасть, Брыня, – вступилась за иноземца весёлая баба. – Такого лекаря ещё сыскать нужно! Пусть господин Фархад гостит у нас столько, сколько захочет. Мы ему всегда рады.

— За бесплодный порошок я бы ещё не так обрадовался… – пропыхтел Лоб, но его в толпе притёрли и оттеснили в задние ряды. Видимо, врач помогал многим.

Лекарь подошёл к Тойво почти вплотную, полез за пазуху, звякнул связкой золотых колечек.

— Поговорим наедине, друг. Свидетели нам ни к чему.

Трактирщик, почуяв удачную сделку, замахал на зевак руками.

— А ну, разойдись! Глазюки полопаются. Дайте с человеком поторговаться!

Но назойливая толпа не отходила от породистого жеребца, да и к лекарю полезла с вопросами. Тогда Тойво и Ахти собрали вещи и вместе с Фархадом вышли за пределы деревни.

— Теперь, когда мы одни, – осторожно начал лекарь. – Я могу задать вопрос, который меня волнует. Откуда у вас этот конь и кому он принадлежал?

— На этот вопрос я тебе, бедуин, не отвечу. Хочешь, спроси у мальчишки о породе, об уходе и содержании. Он, наверное, даже ответит тебе, сколько коню лет. А кому, зачем и как – это на качество товара не влияет.

— Как сказать, – возразил Фархад. – Если конь ворованный, то не сегодня завтра ко мне явится его хозяин.

— Ворованный! – фыркнул Тойво. – Да ты меня за идиота держишь, бедуин? Не стану я так подставляться! Любой дурак знает, где трактир старины Тойво! Хозяин дал мне коня в дар, а сам сгинул.

Видимо, почувствовав, что трактирщик говорит правду, Фархад смягчился:

— Ладно, друг. Сколько ты хочешь за него?

Тойво назвал заоблачную цену. Даже у Ахти рот открылся, но лекарь и бровью не повёл:

— Не обижайся, дорогой, но стоит мне сказать тебе пару слов, и ты отдашь мне этого скакуна даром.

— Неужто? – сплюнул на землю Тойво и покосился на телегу, где у него под накидкой лежал самострел. – И что же это за волшебные два слова, а? Отдай, пожалуйста?

— Два волшебных слова: конь мой.

Возникла короткая пауза.

Тойво усмехнулся, почесал ноющий от боли зад:

— Бедуины всегда так шутят?

— О! Юмор бедуинов куда тоньше, – сказал Фархад. – Но я не бедуин. Этот сизогорский рысак мой. Вернее, был моим. Я его законный владелец.

Лекарь хлопнул в ладоши:

— Бомбей, аш бураин!

Рысак громко заржал и встал на дыбы.

— Бомбей, аатсаб!

Рысак взбрыкнул, ударив по воздуху задними копытами.

Трактирщик испуганно попятился.

— Тс-с-с, – прошептал Фархад.

Конь мгновенно успокоился. Тойво и Ахти переглянулись.

— Враки, – сказал мальчик.