Книга Дитя титанов, страница 238 – Джен Уильямс

— Я знаю, – печально кивнула Инис.

— Инис. – Левен закашлялась. – Почему ты… почему у тебя крылья? Я имею в виду, с перьями.

— Потому что это мое настоящее я, – сказала Инис. – Ты видишь меня такой, какая я есть, потому что ты тоже на грани. Но ты должна вернуться, Левен. Для тебя еще не все кончено.

— О чем ты? – отозвалась Левен. И продолжила, прежде чем Инис успела ответить: – У меня ничего не осталось, Инис. Мне так больно. Киллиан пропал. Зеленый человек отнял его у меня.

Инис, поколебавшись, положила ладонь сестре на лоб. Та закрыла глаза, успокоенная ее прикосновением.

— Нет. Киллиан жив, Левен. Я помогла ему вернуться из Логова нежити. Он сейчас там, сражается во главе армии обитателей Дикого леса – великанов, дунохи…

Она умолкла, ощутив приближение своего народа, и улыбнулась.

— Даже грифоны с ним, Левен. Т’руук там. И Киллиан с ними. Он жив.

Левен лежала неподвижно, вода еще стекала с ее одежды. Смысл слов Инис дошел до нее не сразу, но, едва дошел, она широко распахнула глаза.

— Что?

— Тебе предстоит многое преодолеть, но ты справишься. Ты самый стойкий человек из всех, кого я знаю, Левен.

Ее сестра уже пыталась встать, упираясь локтями в песок; кровь снова закипела у Левен в жилах, уводя ее все дальше от Края. Инис почувствовала укол грусти. Скоро Левен больше не сможет ее видеть.

— Не сдавайся. Я люблю тебя, Дэрин.

Левен села и откинула мокрые волосы с лица.

— Я тоже люблю тебя, Алоу. Я всегда… – Она замолчала, оглядывая пустынный пляж. – Инис! Где ты?

Из леса ползли драконы, похожие на сказочных змеев; из их пастей торчали зубы величиной с ладонь, а из ноздрей летело зеленое пламя. Белиза сидела, скорчившись, у входа в перевернутую карету, с копьем в руках, готовая поразить своим оружием первого, кто посягнет на нее или на принца; со своего места она видела, как один дракон встал на толстый хвост и схватил пролетавшего мимо отанима. Как и те странные твари с мордами-черепами, которые ввязались в драку еще раньше, драконы, казалось, состояли сплошь из растительности: шкурами им служил бархатистый мох, вдоль хребтов торчали колючки. Сбитые отанимы – те, кого еще не превратили в кашу палицы великанов, – отбивались от ползучих тварей копьями, а те поджигали их пламенем из ноздрей, и многие уже горели – их пронзительные крики сливались с клекотом грифонов. Белиза взглянула в небо – там бушевали тучи: грифоны рвали отанимов когтями и огромными клювами, и кровь титанов лилась дождем. «Еще одна картинка из древнего учебника истории, – подумала она, – который все считали книгой сказок». Удивительно, но ей вдруг стало смешно.

— Драконы, великаны и грифоны, – пробормотала она. – И я, здрасте пожалуйста.

Но, несмотря на объединенные усилия персонажей, ранее считавшихся мифическими, Икарайн не сдавалась и продолжала бороться. Благодаря не только огромному росту, но и силе воли, которой ей было не занимать. Одну щеку королевы отанимов рассекло так, что виднелись мышцы и даже кусочек серебристо-голубой кости, но это не мешало ей двигаться.

— Что там? – подал голос Малаким. Он скорчился в углу кареты, накрыв голову большими тонкими руками.

— Подойди, взгляни сам, мой принц, – сказала Белиза, подавляя истерический смешок. – Когда-то еще такое увидим.