Книга Дитя титанов, страница 237 – Джен Уильямс

Нечто под ней повернулось и изогнулось, и Левен поняла, что видит длинную гибкую шею. Скоро в ее поле зрения возникла огромная ящеричья голова с бледно-голубыми глазами без век. Медленно открылась пасть, и Левен увидела ряды острых зубов.

«Почему у твоей крови вкус моей матери, человечек?»

Левен застыла; в груди жгло так, что она почти не чувствовала леденящего холода моря. Сил совсем не осталось. Она не могла даже поднять руку.

Треугольная голова скользнула к ней, и поросшая ракушками кожа прошлась по ее коже. Прикосновение получилось на удивление нежным, а в самой близости морского чудовища чувствовалось что-то знакомое. Левен точно провалилась в один из своих снов о титанах, где она была под водой и плавала так, словно всю жизнь только этим и занималась. Существо под ней было титаном. Левен удивленно почувствовала, что они соприкасаются умами. Близость смерти преподнесла ей последний дар, и Левен открылась морскому титану, передав ему каждое мгновение своей жизни, все, что она помнила, все мысли, какие передумала, все чувства, которые считала важными. Титан подплыл ближе, и вода вокруг стала теплее от его тела.

«Ты сражаешься с летучими, – сказал он. – Моя мать помнила их всю жизнь и всегда говорила о них со злобой. Они уничтожили ее кладку. Она этого не забыла».

«Я пыталась, – ответила Левен. – Мы все пытались остановить их».

«Моя мать была бы рада это услышать, малышка, – продолжил титан. – И она не хотела бы, чтобы ты и твой ребенок погибли здесь. Люди не могут жить под водой».

«Я и мой кто?»

Но титан уже прервал разговор. Поднырнув под нее, он стал осторожно подталкивать ее вверх, к рассеянному свету, который, как только сейчас поняла Левен, шел от солнца, светившего сквозь воду. Давление воды не давало ей соскользнуть с шероховатой кожи морской твари, и Левен из последних сил старалась не дышать: если в легкие нальется морская вода, ей не выжить.

А потом в голове у нее помутилось, и Левен лишь запомнила, как хватала ртом воздух, проникавший внутрь с таким трудом, как будто ей на грудь навалили камней. Еще не понимая, где она находится, Левен почувствовала, как ударилась о песок. Она повернула голову набок, и изо рта хлынул поток соленой воды. Едва рвота закончилась, она приподняла голову и стала высматривать в воде спасшего ее титана, но увидела только его длинный хвост с плавниками, исчезающий в волнах прибоя.

— Сестра?

Теплая рука легла на ее плечо.

Левен зажмурилась и снова открыла глаза. Над ней склонилось знакомое лицо: Инис. Только теперь у нее были крылья – настоящие, с коричневыми, желтыми и черными перьями.

— Кажется, я сошла с ума, – сказала Левен и потеряла сознание.

* * *

Сестра-человек выглядела ужасно: кожа бледная с прозеленью, рудные линии чернеют на ней, словно следы жестоких побоев. Инис невольно коснулась пальцами того места на руке, куда мать вшила ей титановый ромб.

— Левен! Левен, ты меня слышишь?

Та медленно повернула голову, приоткрыв глаза.

— Привет, – каркнула она сипло. – Я по тебе скучала, малышка.

— А я по тебе.

Инис убрала прядь мокрых волос со лба Левен. Удивительно, что дух сестры так напоминал ее живую. И все же не совсем.

— И знаешь, прости меня. Я не должна была уходить от тебя со злыми словами.

— Нет, это ты прости. – Левен моргнула как-то по-совиному. – Это я должна была понять тебя, хотя бы постараться. Но я очень боялась за тебя. Боялась, что руда убьет и тебя тоже.