Книга Сестра грифонам, страница 99 – Джен Уильямс

Эпона зевнула.

— Не волнуйся, – сказала она, – после этой приятной встречи я вообще вряд ли когда-нибудь засну под открытым небом.

Когда они добрались до места, где, по словам Риза, росло противоядие, уже совсем стемнело, а джунгли еще теснее обступили их и стали совсем дикими. Дорога словно растворилась в буйных зарослях, ее песчаниковые плиты сначала становились более узкими, потом распадались на куски, пока, наконец, подлесок не поглотил их полностью. Тайли и Риз несли фонари, а Каэто держал за плечо Белизу, чтобы та не упала с лошади. Всю дорогу ее била сильная дрожь, и она стала жаловаться на головокружение.

— Вот, смотрите. – Риз соскочил с лошади и полез в густые зеленые заросли. Свет его фонаря отбрасывал на них узкие тени, похожие на кинжалы. – Вот он, цветок тифана. Надо выкопать три-четыре его корня и заварить. Девочка выпьет отвар и поправится.

— Тогда давай копай, – приказала проводнику Тайли. – Чем раньше мы разберемся с этой ерундой, тем скорее приступим к настоящему делу.

— В кои-то веки я с тобой согласен, – сказал Каэто, игнорируя ядовитый взгляд, который бросила на него Тайли. – Белиза, посиди тут, возле фонаря, пока мы найдем и приготовим тебе лекарство.

Через час все было сделано. Они разбили небольшой лагерь, и Риз нарезал корни тифана, а затем сварил их на костре в воде из запасов Каэто. Получилась желтоватая жидкость, похожая, как выразилась Белиза, на «свежую мочу»; Каэто пригубил снадобье, прежде чем дать его девочке, и вынужден был признать, что ее описание недалеко от истины. Из остатков мягких волокнистых корней они приготовили горьковато пахнущую припарку, которую Каэто привязал к ране девочки. К тому времени Белиза выглядела уже намного бодрее. Она сидела у костра с чашкой целебной жидкости в руках, и Каэто при взгляде на нее показалось, что боль как будто убавила ей лет и превратила совсем в малышку.

— Можно остаться здесь на ночь, – сказал он. – В темноте мы все равно далеко не уйдем, а Белизе надо как следует выспаться.

Тайли покачала головой, и ее губы изогнулись в горькой улыбке.

— Ну и помощничков дает мне империя, – буркнула она. – Младенца и няньку.

Когда Тайли и Белиза уснули, едва уместившись на крошечном клочке ровной земли, который им удалось обнаружить среди деревьев, Каэто снова остался у костра наедине с Ризом. Прежняя близость улетучилась, оставив после себя лишь оболочку, стену, сложенную из равных частей тоски и недоверия.

— Она крепкий ребенок, – преувеличенно бодро заговорил Риз.

Его жук не показывался. Каэто подумал, что, вероятно, Риз приказал своему питомцу не отсвечивать.

— Вот увидишь, утром она уже совсем поправится.

— Тебе очень повезло, что противоядие сработало, – тихо сказал Каэто.

— А тебе повезло, что я знал, где его искать, – ответил Риз без тени досады или раздражения. – Она тебе не дочь. Почему ты печешься о ней как о родной?

— Потому что я отвечаю за Белизу, – сказал Каэто. – И это все, что тебе нужно знать.

— Что ж, пусть так. Все равно я рад, что она выжила. – Риз нерешительно улыбнулся. В его улыбке проглянуло что-то похожее на надежду. – Я ведь говорил тебе, что в джунглях можно умереть тысячью разных способов? Это был как раз один из них. Так что нам всем повезло.

Каэто долго смотрел на проводника. В другом месте, в другое время, будь он сам другим человеком с иными убеждениями, этот вечер мог бы закончиться совсем иначе. Но удовольствие и привязанность – сокровища для других. Его удел – тьма и умение причинять боль.