Книга Брачный приговор, страница 163 – Натаэль Зика

Испытания, которые выпадали на долю женщины при появлении ребёнка на свет, внушали ему теперь не уважение, а отвращение — и к самому процессу, и к себе самому, и к той, кто был причиной этих мучений. Но он вынужденно шёл на это снова и снова, потому что ему был нужен сын, наследник, тот, кто не даст герцогству перейти в чужие руки.

И вот очередные роды позади — часы мук, пот, боль, бессильная ярость, а результатом снова оказалась девчонка. А это значило, что ему придётся терпеть всё это ещё как минимум один раз.

Спустя час и три бокала старого ронежсского Виллем почувствовал, что готов к встрече с неизбежным. Он промаршировал по коридору и рывком распахнул дверь в покои жены.

Дедея, бледная, осунувшаяся, с тёмными кругами под глазами, лежала на кровати. Увидев мужа, она попыталась улыбнуться, но он смотрел на неё с таким отвращением, что улыбка мгновенно сползла с её лица.

— Ты опять родила девку! — обвиняюще выпалил его светлость. — Четвёртую!

— Я не виновата! — парировала женщина. — Я пила отвар из цветов медвежьей лапки, спала с кинжалом под подушкой и всю беременность проходила в мужской рубашке. Что ещё я должна была сделать? Может, это ты не способен зачать сына?

Виллем побелел от ярости.

— У нас был мальчик! Первенец! Значит, не во мне дело.

Дедея вдруг тихо рассмеялась, и у герцога по спине пробежал холодок.

— Мальчик? — переспросила она, и её глаза заблестели. — Ах да, был же мальчик. Только он был не твой.

Виллем замер, не в силах вымолвить ни слова.

— Я потеряла твоего ребёнка на третьем месяце, — продолжала Дедея, и её голос постепенно креп, наполняясь злой, отчаянной решимостью. — Испугалась, что ты вышвырнешь вон, как ненужную вещь, а мне понравилось быть хозяйкой этого замка. Понравилось, что мне прислуживают, понравилось носить дорогие платья и украшения. И я понимала, что если признаюсь в выкидыше, то всё потеряю.

Она замолчала, переводя дыхание, и добавила почти шёпотом:

— Мне срочно нужно было снова забеременеть, но ты перестал приходить ко мне по ночам — оберегал будущего наследника. Что мне оставалось? — она фыркнула, глядя герцогу прямо в глаза. — Я нашла того, кто мне помог исправить это досадное недоразумение. Если тебе интересно, то это был подручный торговца оружием из Загорья. Симпатичный такой, плечистый, а главное — он не понял, с кем провёл ночь и уехал с рассветом, чтобы никогда не возвращаться. Через две недели я уверилась, что понесла, и смогла выдохнуть. Правда, теперь срок беременности был другой, но что в этом понимают мужчины? Я рассказала тебе, что это особенность женщин моей семьи — носить дитя дольше других. Ты поверил, не заметив подвоха.

Виллем смотрел на неё, и мир вокруг него рушился, рассыпался на тысячи осколков.

— Ты! — прохрипел он, делая шаг к кровати.

— Да, я, — ответила Дедея, и в её голосе не было ни страха, ни раскаяния. — Теперь ты знаешь, но ничего не можешь с этим сделать, потому что сам пострадаешь. Ты заперт в этой ловушке так же крепко, как и я!

Ему хотелось закричать, что он не был слепым или излишне доверчивым. Просто сроки её беременности больше не имели значения: после побега Иллариты этот ребёнок уже не мог стать его наследником, и он почти с облегчением обещал отдать его в храм. Но правда заключалась в другом: она ухитрилась задеть его там, где больнее всего — ни один мужчина не вынесет известия о том, что жена ему изменяла.