Книга Брачный приговор, страница 139 – Натаэль Зика

И Милитта приняла решение, от которого у любого другого волосы встали бы дыбом.

Она понимала, что открытое сопротивление планам отца привело бы к непредсказуемым результатам, поэтому не стала спорить и протестовать. Наоборот, Милли показала, что жених её полностью устраивает, но она боится, сможет ли соответствовать ему. Ведь он такой видный мужчина и уж конечно, привык к расположению женщин. А она росла без матери и не знает многих тонкостей супружеской жизни. Вдруг она не сумеет угодить такому важному господину и разочарует его светлость?

Слушая эти сомнения, отец умилялся её скромности, даже не подозревая, что за напускным смирением скрывался холодный, тщательно продуманный расчёт.

Она смотрела на Пьетро глазами, в которых читались лёгкая печаль и щемящее доверие. Дочь вздыхала, говорила о долге, и о том, что хочет быть достойной женой такому великому человеку, как герцог де Эмер, и граф, сам того не замечая, начинал её успокаивать, уговаривать и искать компромиссы.

А девушка лишь поддакивала, кивала, благодарила и, в конце концов, добилась того, чего хотела: Пьетро сам предложил отложить свадьбу на год, убедив себя, что это его собственное решение, и что так будет лучше для всех.

«Год — это не так много, — говорил он себе. — Невеста повзрослеет, привыкнет к мысли о замужестве, сошьёт приданое, изучит обязанности. А главное — никто не посмеет меня упрекнуть, что я слишком торопился избавиться от дочери!»

Милитта слушала эти рассуждения с покорным видом, и мысленно ликовала, ведь отсрочка была ей нужна вовсе не для того, чтобы готовиться к замужеству!

Всё наоборот — она собиралась использовать это время, чтобы самой устроить свою судьбу.

Для начала девушка планировала без помех, втайне от всех, подобрать себе нового жениха — такого, кто, в идеале происходил бы из дворянского, но давно обнищавшего рода и при этом не имел близкой родни — родителей, братьев и сестёр. Вешать себе на шею бедных родственников мужа Милитта не собиралась. Ещё будущий супруг должен быть достаточно умён и гибок, чтобы понять: предложение наследницы Перекрёстка — это шанс, за который стоит ухватиться зубами.

Такой человек, обласканный ею и возвышенный из ничтожества, никогда не посмеет перечить той, кто дала ему всё.

И второе, что ей следовало сделать — избавиться от Иллариты. Потому что делиться будущим наследством Милитта ни с кем не собиралась. Перекрёсток должен был принадлежать только ей — целиком, безраздельно, навсегда. И младшая сестра была в этом плане не союзницей, а опасной соперницей.

Выбор её пал на Рейнара, виконта из обедневшего рода, чей титул уже давно ничего не значил — ни земель, ни денег, ни влиятельных родственников у него не было, а чтобы выжить, он подался в наёмники. Милитта впервые увидела его, когда тот в составе охраны сопровождал герцога Виллема во время его визита в Сафир, и сразу поняла: этот человек — именно то, что ей нужно. Он был достаточно умён, чтобы оценить её предложение, и достаточно отчаян, чтобы согласиться на рискованную авантюру, потому что терять ему было нечего, а приобрести он мог всё.

Виконт Рейнар де Ворр, потерявший всё, что можно было потерять, и не надеявшийся уже ни на что, кроме скудного жалованья наёмника, не сразу поверил в свою удачу.