Книга Затмение; Год 1666 – Части 2, 3, страница 131 – Нора Ольвич

Девочка подошла ближе, взглянув на неё пристально, я словно увидела Росану. И мир качнулся предо мною. Заботливо юная леди, которая по просьбе княжны Элены не должна была от меня отходить ни на шаг, помогла мне уединиться в спальне.

— Я непременно усну леди Эйлис, вы идите в гостиную, помогайте наряжать ёлку, учитывать книги в библиотеке, и отправляйтесь на колядки. Не будете же вы сидеть возле меня весь мой дневной сон. Я несколько дней назад приехала из Чехии и ещё полностью не пришла в себя от смены обстановки.

— Спасибо, ваша светлость.

Девочка, присев в реверансе, склонила прелестную головку.

Потому как ей не очень-то и хотелось наблюдать за спящей незнакомкой, она и не сопротивлялась особо, решив, что очень основательно справилась со своей миссией.

И несколько часов отдыха мне действительно пошли на пользу. А затем, взяв в кабинете документы, которые составила графиня делла Гутьеррес я стала внимательно их изучать. Записывая поправки на отдельный листок, я понимала, что легенда, придуманная нами, вполне имеет право на жизнь.

Не хватало главного, и вовсе не мелочи, как могло показаться на первый взгляд. Для человека из двадцать первого столетия всё было идеально, ведь мы настолько привыкли доверять тем или иным документам, большим базам данных, в результате учёта которых физическое лицо не могло возникнуть из неоткуда.

В отличие от людей будущего представители семнадцатого века верили в документы немного иначе. Им несомненно, нужно было подтверждение. Одним словом, нужна была печать, её оттиск или перстень, что угодно рода дель Альбуркера или д’Вальде-Эсе ла Куэва.

Услышав в быстрых рассказах Денизы, что покои, в которых когда-то жил испанский герцог так и остались стоять нетронутыми, я решила пробраться в них особо немедля, и осмотреть личные вещи Габриэля на предмет наличия фамильного герба.

«— у него в сейфе оставалось куча каких-то украшений в серебре, что он цеплял на себя в то или иное время суток, они теперь мои».

Отстранённо я помнила крепостную башню и силуэт дракона на ней, а, возможно, стоящего на задних лапах льва с раскрытой пастью, герцогскую корону и скрещённые мечи.

Герб был незатейливым, как, впрочем, все они в то время, но его нужно было воссоздать, заменив герцогскую корону на графскую. По памяти это сделать было невозможно, просто потому, что я его не помнила основательно, а что-то подсказывало мне, что с документами нужно было поторопиться.

Найдя в вещах Денизы мужскую одежду, переоделась, подкатав штанины какого-то несуразно странного, обтянувшего мои ноги трико. Понимая, что все заняты подготовкой к Рождеству и считают, что я сплю, готовилась проделать всё довольно быстро.

«— они даже не поймут, что я отлучалась».

«— ещё сутки не прошли как ты в замке, а уже куда-то стремишься влипнуть».

«— глупости, ведь в лабиринте безопасней, чем где бы то ни было, все его ответвления знают только я и Дениза».

И всё же взяла на всякий случай, найденный в столе у сестры интересно украшенный рубином, великолепный, стилет в удобных ножнах. Прикрепила его к поясу из витого шнура, которым подвязала немного большой мне по размеру юношеский камзол без рукавов, не идти же в одной рубашке. Также взяла небольшую заплечную сумку, в которую сунула свечу и мешочек с огнивом лежащие возле камина. Итак, я отправилась в лабиринт, сама впервые в этом столетии.