Книга Небесная танцовщица. Книга 3, страница 22 – Ната Лакомка

Выступления учениц отвлекли от тягостных мыслей. Анджали расположилась, поджав ноги, на ложе старшей апсары, сбросила покрывало, и сделала знак музыкантам, чтобы играли.

Слева сидела Сахаджанья, справа – апсара с сырой глиняной табличкой и острой палочкой, готовая записывать всё, что скажет старшая. Иногда Анджали просила сделать отметку о той или иной танцовщице. Иногда – сделать запись, что необходимо отработать те или иные движения в группе. Но чаще всего она была довольна и смотрела на выступления юных с улыбкой, пристукивая в такт музыке ладонями по коленям. Выступление Виджул она смотрела особенно внимательно, но не велела делать никаких отметок.

— Что ты думаешь о её танце? – спросила Сахаджанья, когда Виджул убежала со сцены.

— Она хорошо двигается, у неё есть понимание и чувство движения и музыки, - задумчиво произнесла Анджали, - но я вижу слишком много танца дайвики Урваши. В этой девочке чувствуется сила, а она танцует мягко, как льётся вода. Такая манера танца просто размазала её талант. Вместо уникальной танцовщицы мы получили ещё одну Урваши.

— Гм… И что теперь делать с Виджул? – произнесла наставница и искоса взглянула на свою ученицу.

Этот взгляд живо напомнил Анджали времена её учёбы. Так Сахаджанья смотрела, когда готовилось какое-то испытание.

— Что делать? – повторила Анджали и сказала почти весело: - Переучивать. Мы здесь для того, чтобы раскрывать таланты, а не закапывать их поглубже. Верно?

— Если пожелаешь, я назначу для Виджул дополнительные занятия, - сказала Сахаджанья, и Анджали поняла, что наставница ею довольна. – Может, ты сама захочешь с ней позаниматься?

— Сделайте нам отдельное занятие раз в десять дней, - сказала Анджали. – Вы правы. Мне лучше самой взяться за это дело. Иначе получим воду вместо огня.

В тот вечер она возвращалась в Амравати усталая, в голове звенели отрывки музыкальных фраз, но это была приятная усталость. Анджали то и дело ловила себя на том, что улыбается. Мысленно она уже строила планы будущих уроков и занятий, обдумывала, чему начать учить сначала, что отложить на потом… И эти мысли прогоняли тяжёлые воспоминания. Может, наставница Сахаджанья и здесь проявила мудрость? Угадала, как тяжело на сердце её любимой ученицы.

Больше всего Анджали хотелось сейчас выкупаться, выпить горячего чая со специями и лечь спать. Хоть бы господин Шакра был занят этой ночью…

Её желаниям не суждено было сбыться. Вернее, они сбылись наполовину. Анджали успела понежиться в горячей воде, высушила волосы и уже налила в чашку ароматного жасминового чая, когда примчалась молоденькая апсара и сообщила, что к полуночи дайвики Шакрани ждут на празднике. Господин Шакра мечтает увидеть её рядом с собой.

— Передайте господину, что я буду через полчаса, - ответила Анджали с улыбкой. – И даже чай допивать не стану.

Когда апсара исчезла, умчавшись передавать послание, Анджали наотмашь ударила по тонкой расписной чашке, разлив чай по столу.

На шум прибежали служанки и застали свою госпожу перед зеркалом – она подводила глаза и красила губы и щёки.

— Принесите мне красные одежды, - велела Анджали. – И золотые украшения с рубинами. А из благовоний воскурите жасмин, ваалу, карпуру и брахми.

— Какую гирлянду прикажете принести? – спросила одна из служанок. – Если будете в красном, вам понадобятся белые цветы. Принести жасмин?