Книга Монолог фармацевта. Книга 2, страница 71 – Хюганацу

Обычно люди травятся летом, весьма редко – зимой, а если уж осенью, то и гадать не надо, что грибами, – иных причин почти не бывает.

Выискав случаи отравления, Маомао попросила писаря принести еще летописей, где они встречаются, и тот с радостью взялся за дело. Похоже, он отчаянно скучал и только и ждал, когда кому-нибудь понадобится. Свое место службы он не слишком-то жаловал, ведь приходилось день за днем торчать в книжных палатах, где совершенно ничего не происходит, следовательно, и заняться нечем. Теперь же Маомао подметила за ним живой интерес: нет-нет, а украдкой взглянет, что она такое выискивает.

Узнав, каков он из себя, Маомао уже почти не обращала на писаря внимания. Вместо этого она стала раскатывать свиток за свитком, пролистывать книгу за книгой, пока не наткнулась на запись о сановнике с водорослями.

«Церемониальный приказ?» – вычитала она место, где служил сей господин.

Опираясь на те скудные знания, что остались у Маомао после тщетной попытки сдать экзамен, она припомнила, что в этом приказе заведуют делами просвещения и внешними отношениями, но больше ничего полезного в голове не осталось. И тут-то Маомао пожалела, что недостаточно старательно готовилась к испытанию на должность дворцовой девы, хотя господин Дзинси похлопотал за нее. Обернись все иначе, ей не пришлось бы ломать голову.

— Вам что-то неясно? – нарушил тишину писарь, которому явно не хватало солнца, – уж слишком бледен он был. Судя по всему, скука его совсем измучила.

— Извините, а какие служебные обязанности у человека на этой должности? – ничуть не смущаясь, спросила Маомао, хотя ее неосведомленность, быть может, была постыдна.

— А, они проводят обряды, – с легким превосходством ответил господин.

— Обряды… – пробормотала Маомао.

Ей пришло на ум, что недавно со склада как раз украли жертвенную утварь.

— Хотите, принесу вам книгу, где об этом сказано подробнее? – услужливо предложил писарь, но Маомао уже погрузилась в свои мысли и не слышала, о чем тот говорит.

Вдруг она вскочила с места и со всей силы хлопнула ладонями по длинному столу, да так, что писарь вздрогнул и попятился от нее.

— У вас есть что-то, на чем можно писать?! – чуть ли не вскричала она.

— Д-да.

Маомао снова пробежалась глазами по летописям и, когда писарь принес ей чистую бумагу, стала выписывать ведомства, к которым относились жертвы, и дни, когда те пострадали или бывало какое-нибудь происшествие. Когда случайности накладываются одна на другую, они превращаются в закономерности. И Маомао как раз искала возможность доказать, что все эти случайности сходятся. Стало быть, и не случайности они вовсе – это кем-то подстроено.

— Обряды… жертвенная утварь… – бормотала она.

Обряды, малые и великие, совершают круглый год, и в этом нет ничего удивительного. Великие обряды проводят выходцы из императорского рода, а малые остаются за старостами деревень.

Маомао разумно сочла, что, если кто-то пошел на такие крайности, дабы украсть жертвенную утварь, значит, ее ценность и почитаемость достаточно высоки и она используется в жертвоприношениях никак не ниже средних, также известных как чжун сы.

Связав утварь с ними, Маомао припомнила, что господин Дзинси часто проводит обряды, и тут же решила, что, раз он в них разбирается, быстрее будет узнать подробности у него.