Книга Монолог фармацевта. Книга 2, страница 49 – Хюганацу

Маомао подумала, что высокородный господин опять взялся за свои глупости и вопрошает скорее из прихоти – причина более чем очевидна.

— Так о чем говорить? – ляпнула она, не подумав. И, похоже, очень зря.

Господин поджал губы и состроил жалобную рожицу, словно вот-вот расплачется. Хорошо, что он был уже не ребенок и слезы свои сдержал.

«А ведь сам недавно выговаривал, что я должна вести себя как настоящая госпожа! – мысленно возмутилась Маомао. – Да и от природы я неразговорчива. Если нечего сказать по делу, буду молчать».

Она никак не могла взять в толк, отчего ее молчание господин всякий раз принимает как личную обиду. Почесав в затылке, Маомао стала спешно соображать, какими же словами утешить этого горемыку и привести в надлежащий вид. И тут, к счастью, ей на глаза попалась лавка, где продавали мясцо на палочках, жаренное на углях. Обрадовавшись, Маомао вприпрыжку побежала к торговцу и купила две палочки. Курятина, поджаренная до румяной корочки и хруста, источала такой аромат, что слюнки текли.

— Держите, – сказала она и протянула одну палочку господину.

Тот медленно, словно ему дали что-то незнакомое, потянулся за курицей и взял себе.

— Давайте поедим, пока горячие, – предложила Маомао и увлекла господина в боковой проулок.

Там, стряхнув пыль с ящиков, выставленных как попало, она плюхнулась на один из них и с наслаждением вонзила зубы в первый жареный кусочек.

«Как вкусно!» – восхитилась Маомао, когда хрустнула поджаренная кожица, и мясной сок брызнул ей прямо в рот.

Она ела курицу с жадностью, сильно наклонившись вперед, чтобы не забрызгать жиром платье. Пока она лакомилась, господин Дзинси неотрывно наблюдал за ней.

— Почему не едите? Как видите, не отравлено, – наконец вспомнив о нем, обернулась к подопечному Маомао.

— Разумеется… Мне просто кое-что мешает.

— А, вата!

Дело в том, что перед самой вылазкой Маомао набила господину щеки скатанной в шарик ватой, чтобы изменить ему овал лица. Спохватившись, что с ней не поешь, Маомао достала сверток с платками, вытащила один и протянула его господину, чтобы он сплюнул вату в него и выбросил в ближайшую корзину с мусором. Платок был бумажный, следовательно, недешевый, и Маомао в мыслях возблагодарила заботливую и предусмотрительную госпожу Суйрэн.

«Ваты про запас я не брала… – в то же время с неудовольствием подумала Маомао. – Хотя вряд ли кто-то заметит».

Покрутив палочку с мясом в руках и осмотрев ее хорошенько, господин Дзинси боязливо откусил от первого кусочка. Мясной сок тут же обжег ему рот, отчего он зафыркал, но мясо кое-как проглотил.

— Как вам?

— Вкусно! А тут соли побольше, чем в пище от полевой кухни! – поделился господин Дзинси, вытирая пальцами блестящие от жира губы.

Заметив, что тому снова нечем утереться, Маомао протянула ему еще один бумажный платок.

«Полевой кухни? – между тем удивилась она. – Разве евнухам позволено служить? И в каком походе он участвовал, если нет никакой войны?»

Размышляя об этих странностях, Маомао внимательно разглядывала господина Дзинси. Вытирая губы после курицы, он немного смазал и стер белила у рта, но это не слишком бросалось в глаза.

«Забудь! Не отвлекайся!» – одернула она себя и отвела от подопечного взгляд.

Доев последний кусочек с палочки, Маомао для себя решила, что, как только они с господином разойдутся, она вернется на рынок и прикупит тот дайкон с курицей. Вот только ее подопечный, как назло, никуда не торопился и шел нарочито прогулочным шагом, что безмерно раздражало Маомао.